- Приносим свои извинения, Маргерия, что мы позволили себе так некультурно заснуть, - не выдержал Рев, наблюдая как ему разводят напиток. Хозяйка хоть и не молода, но двигается грациозно, плавно. Ну это и не удивительно, иную женщину себе староста и не избрал бы. Только самую лучшую в поселении.
Хозяйка покачала головой.
- Не ваша вина, уж поверьте, - отозвалась она, - это вас уха разморила. Все дары реки, что наши мужья вылавливают в Горячей, в сон клонят. Мы знаем об этом и потому рыбную пищу принимаем лишь по вечерам.
- Что же вы едите в течение дня? Не голодаете же, - удивился Рев. Да, сонная рыба, конечно, усложняет дело. Вот уж не повезло местным, однако.
- У нас есть овощи, правда земля здесь сырая... - пожаловалась Маргерия, - но кое-что растет. Порой Тихмур из Грилмуф нам продукты на обмен привозит. Редковато бывает, в такие дни у нас праздник.
Биф усмехнулся.
- Ну еще бы, каждый день только рыба вокруг, и ее есть нельзя, а то до вечера проспишь. Кстати, - вспомнил он, - Марга, у нас в деревне от вашей рыбы сна ни в одном глазу. Прям чудеса какие-то.
- Ты сейчас на земле чудес и находишься, - буркнула хозяйка недовольно, - здесь все не так, как вы привыкли.
Биф лишь пожал плечами в ответ. Ну находится и ладно, что с того? Можете мозги пудрить сколько душе угодно, а он воробей стрелянный, его такими сказками не возьмешь.
Герб под предлогом срочного дела скрылся в дверном проеме, и за окном сразу же забарабанил дождь. Револьд с чашкой вышел на свежий воздух, защищенный от ливня козырьком крыши. Да это не дождь, а настоящий потоп! Капли и правда какие-то не такие, большие слишком. Размером, наверное, с огородную луковицу, или около того. Но разве такое возможно? Как небо вообще держит эти водяные камни?
Герб вернулся мокрый до нитки и поспешил к очагу, а Рев порадовался, что ему пока никуда не надо. Это ж надо с щитом выходить, а то до сотрясения не далеко. И что потом врачевателю говорить? Мол, дождем по голове настучало? Сразу же к травнику отправит гадости всякие пить, пока разум в порядок не придет. Нет уж, спасибо, как-то не хочется.
Биф продолжал мучать хозяйку разговорами, но до Револьда доносились лишь обрывки разговора, остальное заглушал дождь. Чай в чашке совсем остыл, но пить его все равно было приятно. После почти суток пути, да еще с приключениями, все шло за милую душу.
Вдали удалось различить силуэт, который уверенно двигался к хижине. Из-за ливня лицо получилось разглядеть, только находясь вплотную. Мужчина с большими плечами и средним ростом, усами и бородой снял капюшон и стряхнул с себя потоки воды. Ему крепко досталось - вся одежда промокла и напиталась под завязку. Впрочем, это нисколько не смущало вошедшего. Напротив, мельком бросив взгляд на ученого, он наконец заметил Бифа у очага и растянулся в улыбке.
- Биф! - закричал он, - ты не как обычно. Нарушаешь обычаи, однако. Мы тебя ждали только на днях, с Тихмуром. Я такую корюшку на засушку повесил... Эх, ты.
Биф развел руки для объятий. Видимо, он тоже был рад встрече. Оказывается, они со старостой давние знакомые, а может и друзья даже. Что ж, очень удачно, на этом можно будет сыграть, подумал Рев.
- Чтобы я сам... да никогда, - заметил Биф, - это все мой товарищ новый. Дай говорит на народ приречья посмотрю. Чем живут да как дело свое делают. А я, ты же знаешь, отказать не могу. Да и сам, если за неделю ни разу у вас не побываю, то не жизнь прям, а скука.
Эвон, как ты кроешь, усмехнулся про себя Револьд, а мне ты совсем другое говорил. Странный, мол, народ, необщительный, с рекой разговаривают. А теперь-то как запел! Ладно, Рев и сам с местными разберется, изучит и выводы сделает. Верить Бифу больше не хотелось. Больно быстро у него мнения меняются.
- Скажешь тоже, - хохотнул Варин, - у нас с весельем не особо. Но медовуху пропустить с давним товарищем это завсегда в радость. Что за товарищ у тебя, не познакомишь?
- Чего же не познакомить-то, - удивился Биф, - вон стоит, у входа, ты его видел. Револьдом зовут, он ученый из Амиума. Ему по профессии изучать всякое разное положено. Дело у них такое.
Хозяин тем временем скинул свою верхнюю одежду, оставшись в одних брэ чуть ниже колена (брэ - нижнее, исключительно мужское белье из тонкой ткани с завязками, прим. автора) и камизе (камиза - нижняя рубаха, прим. автора). Затем он опорожнил поднесенный ему женой ковш с водой и лишь тогда расположился на свободном стуле.
- А чего он у нас-то забыл, друже? - поинтересовался наконец он, - неужто в своих краях совсем нечем заняться стало? Я сразу скажу вот чего: нам развлекаться особо некогда. Сейчас, покуда вечер, разделим пару фляг, а наутро мне снова на реку надо. И так каждый в нашей деревушке трудится.