Незнакомец замолчал. После такой тирады надо же дух перевести.
– Да уж, занимательная история, - усмехнулся Биф, - неплохо тебя помотало. Выжить на болоте… да за это медаль давать надо, я думаю. К тебе бы присоединился, ежели б дела важные не держали, - Биф кивнул на Револьда.
Ученый сморщился. Опять он за свое. Между прочим, никто его насильно не тащил. Сам вызвался. Как говорится, взялся за гуж, не говори, что не дюж. Хотя, с другой стороны, кто знает, смог бы Рев сам справится со всей той жутью, что встречается ему буквально каждый день. История умалчивает, а наука не знает. Наука, как всегда, не в курсе дела.
– Все ваши конкуренты давно о вас забыли, наверное, - попытался перевести тему Револьд, - столько лет прошло. Впрочем, я вас понимаю. Сам последний месяц в изгои подался. Например, в Амиуме за меня можно даже денег получить. Не сошелся во взглядах с местной властью. Обычное дело.
Ученый, конечно, кривил душой. Но не говорить же всю правду незнакомцу? Сейчас главное, в доверие втереться. А как контакт наладится, так и начать выпытывать нужное. Кстати…
– Правда к вам сюда мы не совсем обычно попали, - продолжил Револьд, - наткнулись на шар какой-то. Мы же не знали, что к нему подходить нельзя. Нас затянуло всех до единого, думали тут нам и конец пришел. Ан нет, живые и здоровые, но только в местах других совсем. Вы ничего про эти шары не ведаете?
Ответ был очень важен. Ученый чувствовал, что с этим шаром связаны местные духодары. Надо разобраться и поскорее. Время не терпит, да и Эговары явно долго рассусоливать не будут. К тому моменту полная боевая готовность не помешает.
Однако вопрос пришелся не по нраву хозяину дома. Он весь прям оскалился, глаза будто вспыхнули огнем. Лук показался из-за плеча и на тетиву едва заметно скользнула стрела. И все это – за мгновение ока. Хозяин и правда тренировался, что ли.
– Глубинные пещеры… вы не должны были это видеть. Вы ничего не должны были узнать, - прошипел он, но в голосе читалось сожаление, - а ведь только ладить начали. Тяжело на болоте одному, тяжело… Но теперь мне придется познакомить вас со своими стрелами. Очень близко.
Вот так сюрприз. Все интуитивно прижались к стенам короба из веток и с ужасом смотрели на стрелу. Радушный хозяин мгновенно превратился в опасного охотника. А гости, естественно, в добычу.
– Видать неправильный вопрос ты задал, Рев, - прошептал Биф, стоя рядом с ученым, - опять из-за тебя вляпались. Бедовый ты у нас какой-то, не находишь?
Револьд закатил глаза. Достал уже. Хотя, если подумать, то Биф прав. Вечно к нему всякие аморальные личности цепляются. Что пень тот, что фанатики с Промысла. А теперь еще и этот любитель пострелять. Неужто нельзя просто побеседовать да разобраться во всем? Там глядишь и порешили бы чего. Естественно, без кровопролития. Кровь своя же, не казенная, нечего ее даром проливать.
Один Варин что-то не выказывал беспокойства. Стоял себе спокойненько, придерживал испуганного Герба. Вот что значит настоящий богатырь. В воде не тонет, стрелы глазами жжет. Машина, а не человек. Навроде тех, что в Поселении Бродяг булыжники в щебень перемалывают. Опасная штука, лучше близко к ней не подходить, а то всякие бывали случаи.
– Ты чего буровишь-то сразу? – подал голос староста, и глаза в глаза с незнакомцем смотрит, не отводит взгляда, - мы тебе не какие-нибудь биггонимы. Молча мишенями стоять не будем, понял? Мне и лук не потребуется, за грудки возьму да встряхну маленько. Чтоб голова глупости не чудила.
То ли угроза подействовала, то ли одумался местный, да только лук опустил и лицо как-то даже разгладилось. Вид стал спокойный-спокойный, а глаза почему-то затуманились. В общем, чудеса продолжались.
– Извиняюсь за своего подопечного, Лагота, - заговорил незнакомец совсем иным голосом, - порой он бывает не выносим. Думаю, это из-за меня он все живое стрелами шпигует. Так-то он парень не злобный.
И все это вдвойне необычно, потому как голос-то был откровенно женский! Ох и забавно же выглядел хозяин дома сейчас. Во всех движениях угадывалось кокетство и женская грациозность. Кем бы не была хозяйка голоса, но она явно радовалась возможности подвигаться. Размять, так сказать, косточки.
Что сошел с ума, Револьд уже не сомневался. Осталось выяснить насколько. Ну не может же быть такое взаправду! Или может? Где это видано: мужчина и женщина в одном теле? Или этот странный парень их просто разыгрывает?
– Чет я ничего не понимаю, - озадачено поглядывал на незнакомца Биф, - чего происходит-то? Ты он или она? Определись уже. Не путай честных людей.
Незнакомец смерил его надменным взглядом, прожигая насквозь. Но затем взгляд переместился к остальным и остановился на Револьде.
– Ты знаешь, верно? Ты чувствуешь. Да-да, все так и есть. Среди вас оказался хоть один достаточно умный человек. Это радует, - усмехнулся незнакомец, - ну и его терзают сомнения. Что ж, я представлюсь. Имя мне Озанна, великое творение несравненной Летисии, одного из Творцов.
– Творение? – непонимающе протянул Герб. Теперь уже не так страшно, и сын кузнеца позволил себе выглянуть из-за грузного старосты. Осторожность, как известно, не помешает. Если Варин такой сильный и уверенный в себе, то зачем же мешать ему геройствовать. Напротив, поддержать надо, а покуда за него спрятаться, как всякий умный человек сделал бы.
– Не знаю, что уж ты такое, но чудно вы, однако, родителей называете, - заметил с усмешкой Биф. Да, он мстил. А не надо, между прочим, его тупым называть. Плохо это, гадости говорить про людей честных. Можно рукояткой кинжала огрести по голове. Бифу как раз не терпится с кем-нибудь по душам поговорить. И желательно больно.
Удивление скользнуло по лицу незнакомца. Биф его озадачил, но всего на мгновение.
– Родители? Говорю же, что товарищ у вас недалекий, уважаемые господа, - пояснил женский голос, - не туда смотрит. Я – не тело лысого Лагота. Вот еще… Мое пристанище – этот изящный лук. Дело рук прекрасной Летисии.
Совсем все плохо, подумал Револьд. Хоть иди и сдавайся знахарю. Добровольно. К духодарам ученый кое-как привык, но вот чтобы лук разговаривал, это уже чересчур. Что дальше? Танцующие мечи, и посохи с таинственными улыбками? Куда катиться мир…
– Вы хотите сказать, что вы духодар? – поинтересовался ученый, - да еще и говорящий.
Озанна фыркнула.
– Какое варварское название… Творение, малыш. Творение, - поправила она Револьда, - по крайней мере, мне так больше по душе, понимаешь?
Ученый кивнул. Чего тут не понятного. Хотя, какая разница, творение или духодар. Суть-то одна. Она, эта Озанна, то, почему вся честная компания до сих пор на болотах. И теперь ее надо как-то забрать. И, пожалуй, это будет потруднее чем с фляжкой или медальоном.
– Я так понимаю, ты этого чудака Лагота под контролем держишь, - заметил Биф, - а чего еще умеешь, духодарка? Сейчас опись составим и дуй к нам в копилку. Итак шибко много времени на болотах потратили. У нас этот, как его, режим, между прочим.
Ученый наступил ему на ногу. Какой же все-таки этот Биф бестактный. Нельзя же с девуш… с живым луком так, как с вещью какой-нибудь. Тут особый подход нужен. Вежливый, аккуратный.
Но Озанна не поддалась на провокацию. Она вообще на Бифа смотрела снисходительно, с высока как-то. А его это конечно же бесило. Он-то вовсю распинался, чтобы задеть эту заносчивую даму. Даму ли вообще, вот еще вопрос.
– Как вам путешествие в шаре? – обращалась Озанна по-прежнему прямо к Револьду, игнорируя остальных. Странная она все-таки, необычная. Но общаться с ней ученому нравилось. Он так устал от дурацких шуток Бифа и косноязычия Варина, что прям готов был пуститься в пляс. Хоть какая-то отдушина в этом проклятом болоте!