- Юрон? Он, что тебя по запаху находит? – шепнула Елья и засмеявшись помахала рукой высокому симпатичному блондину, - Мы здесь!
Поравнявшись с ними, Юрон с укоризной произнёс:
- Почему одни и так далеко? Наступают духовы дни и всякое может случиться.
- Да ладно тебе Юрон, что может произойти? Глушь кругом и зверьё не страшнее зайцев, - произнесла Мирта с милой улыбкой и чмокнула наклонившегося к ней парня в щеку, которую тот предусмотрительно подставил и приобнял её за талию одной рукой.
- Год на год не приходится, а вдруг? Следующий раз зовите с собой, буду рад посторожить ваши одеяния и одним глазком вас…
- Да хоть двумя, - рассмеялась Мирта.
Елья из-под челки глянула на парочку и вздохнула подумав о «вольности» подруги. А Мирта весело улыбаясь и поглядывая время от времени на своего парня начала что-то мурлыкать себе под нос, крепко держась за его руку. Елья приподняв подол шагала за ними следом глядя на их фигуры. Юрон был хорошо слажён и на полторы головы выше худенькой как тростинка Мирты. Хрупкая и нежная подруга крутила им как хотела, может это и есть любовь? Размышляла Елья по дороге к дому.
2.
Поселение Ийманн.
Жрец Вахр окликнул Яра и Тиса проходивших неподалёку от кузни:
- Эй дубы! (доброе обращение в этой народности).
- Ну, Вахр? В чем дело? – поинтересовался Яр и взмахнув рукой, забросил тяжелый арбалет себе на плечо, неся в другой руке кожаный колчан со стрелами. Тис только выглянул из-за плеча друга, хмыкнув и прищурив один глаз развернулся в сторону жреца.
- Сегодня вечером старейшина оповестит тех, кто отправится в земли Трикет, на празднование «Духов дня». Пророчу, что в этот год вам без невест не вернуться, раз здесь не присмотрели, - скалился жрец.
Яр издал грудной рык и дерзко произнес:
- Язык прикуси Вахр, а то не ровен час пристрелю его к статуе Гебы.
- Яр тише, - одернул его Тис, - Ему б только трепать, а ты завёлся, - и обратился к жрецу, - В этот год там и без нас народу хватит, мы лучше на дичь отправимся, а то вижу у тебя Вахр талия появилась, худеешь? Или запасы в кладовой иссякли?
- Вымахали здоровенные как дубы и такими же неотесанными остались. Девчата вас как бурого боятся, не дубы вы, а «медвежьи дитя» и оскал тот же. Слова доброго от вас не дождёшься, всё нахрапом берёте, - качает головой Вахр.
- Всё сказал? – Яр нахмурил брови, обычно он не многословен, - До тебя девчата не жаловались, не всем слова нужны. Кому-то и не до слов… - зыркнул он на друга и кивнул ему «валим».
- Хорошо Вахр, вечером подойдём. Ну, давай жрец. – махнул ладонью на прощание Тис. И похлопав Яра по плечу они отправились по узкой улочке в сторону терема Яра. Подойдя ближе они оба разместились за столом стаявшим не по-далёку от крыльца. Яр положил на стол арбалет, а колчан повесил на угол спинки скамьи.
- Тянуться в такую даль не охото, дорога и пять дней пить, - сетует Яр.
- Да ладно тебе, развлечёмся и девок местных потискаем и не только. Свои уже приелись, - успокаивал его Тис.
- Что? – встревает в разговор отец Яра, подходойдя к ним сзади, - Их у нас и так мало, а вы их хаете. Не хорошо это, - присаживается Питер подле сына и обращается к нему заглядывая внимательно в лицо, - Дарина уже извелась по тебе, а ты всё как кремень не пробиваемый. Ну, когда уже девку замуж зазавёшь? А?
- Дарина… Ладная баба, но не моя. Она уже и Тису и Клею поднадоела. Ну её. Ты мать у Керейдов брал. Сколько ей тогда было? Двадцать? – Питер кивнул, - Может и мне у них в следующем году сыскать?
- Ещё год? Ну уж нет, в этом году поедете в Трикет за невестами. Я сказал и точка. И чтобы с пустыми руками не возвращались. Понятно объяснил? Дубы, вы мои дубы, – произнёс Питер не то в шутку, не то всерьёз и взъерошил обоим волосы на затылке. – Пошли вечерять, мать ждёт. Ты с нами Тис? – поинтересовался он у того.
- Нет, я к себе, - ответил Тис и встал чтобы уйти.
- Тогда пошли Яр, а потом на сходку. Хотя чего туда ходить, вас точно возьмут, - усмехнулся Питер.
В гостевой их ждала мать накрывая на стол.
- Хорош хлопотать, садись Оби. Может ты Этого, - Питер с улыбкой толкает в плечо сына, - Вразумишь, а то он в следующем году к Керейдам на «Духов день» собрался, прикинь мать, – Яр что-то буркнул себе под нос и начал есть тушёное мясо из небольшого чугунка.
- Яр, сын, едь в Трикет. Никто ж силой не заставляет, а вдруг кто приглянётся. Отец до меня тоже попоездил. А я за тебя помолюсь духу Гебы и пожертвую богам кусок оленины перед вашим отъездом, - мать Яра, высокая и статная женщина с приятной и мягкой улыбкой, погладила сына по руке и принялась есть.
- Лучше съешь его, а то пропадёт в пустую, - хмыкнул Яр, - А мелкая где? Почему не ужинает?