***
Утром, сняв с зарядки телефон и выпив кофе я отправилась прямиком на работу, прихватив запасной комплект ключей. Мой график был пересмотрен и вопрос моего отсутствия с натяжкой урегулирован. Для начала мне предстояло месяц отработать в приёмном отделении. Лето и отпускной период. Специалистов не хватает и я временно, «в наказание» переведена сюда, поэтому меня как изгоя наградили только вторыми сменами. Что поделать… Отработаю этот месяц и вернусь на прежнее место, в общую хирургию.
Первые два дня были тяжелы, но я быстро адаптируюсь. Волокиты бумажной много, врачи из отделений появляться на вызов в приёмное не спешат, а народ нынче нервный… Зато появились новые знакомые среди бригад скорой помощи.
В четверг вечером позвонила Кире и пригнала ему авто в гараж. Разговор с ним не клеился, Кира с недовольным видом сидел в нашем автомобиле и проверял автоматику. А по дороге на работу я заехала к нему домой и забрала свои вещи.
К концу следующей недели из Барселоны вернулись отдохнувшие и счастливые родители. Привезли с собой море положительных эмоций и презентов. Мячом и кепкой они не ограничились... Моя жизнь по-тихоньку возвращалась в своё обычное русло.
В свой выходной заехала к Кире домой с презентом (мячом) и хотела «навести мосты» так сказать... Но, он был не один. Ольга? Она-то почему здесь? Оказывается они сошлись и не просто сошлись, а планируют расписаться. Не скрою, что была удивлена. Ольга выглядела счастливой, суетилась на кухне и предупредила, что моё приглашение на свадьбу не за горами.
Кира выглядел довольным, то и дело приобнимал Ольгу за талию и помогал накрывать на стол обед. Вот так всё может неожиданно поменяться. Наверное Ольге было с кем сравнить или без Киры ей оказалось тяжелее, чем она думала. Привычка или прикипела? У них всё впереди, поживём увидим.
33.
Я медленно открывал глаза и сразу невольно щурился. Яркий свет слепил.
Осторожно приоткрыл веки и начал рассматривать окружающую обстановку. Взору предстал белый потолок и такие же белые стены. Я лежал на кровати, а к руке с верху тянулась трубочка в которую что-то капало и я непроизвольно потянулся к этой руке.
- Не трогай парень, - услышал я строгий мужской голос и возле меня уже стоял старик. Он наклонился и внимательно взглянул мне в лицо, - Не шевелись, я сейчас врача позову.
Через минут десять в палату зашёл врач и молоденькая девушка, они оба были в белом.
- Ну здравствуй неопознанный пациент, - произнёс врач и пододвинув к моей кровати стул присел рядом, - Пришёл в себя, это хорошо. Как самочувствие? Сухость во рту, головокружение…
- Ещё не знаю, - почти шёпотом произнёс я и мой голос казался не привычным.
- Может расскажешь, какие последние события ты помнишь?
- Дорогу помню... Яркий свет и острую боль. Это всё, - ответил я ему вяло.
- Ясно. Как тебя зовут и место жительства помнишь?
- Не помню… А где я нахожусь? - поинтересовался я в ответ.
- Авария. Ты был сбит на мосту автомобилем. Сейчас находишься в 6-ой клинической больнице в отделении травматологии. У тебя диагностировали ЧМТ, перелом трёх рёбер и множественные гематомы. Недели две пока полежишь у нас. А вот то, что ты не помнишь о себе ничего, это плохо, - и он обратился к своей помощнице, - Необходимо найти его близких или родственников, - он медленно поднялся со стула и подмигнул мне, - Выздоравливай, - и они оба ушли.
Мужчина, сосед по палате приподняв вопросительно бровь спросил меня:
- Не помнишь как звать? Странно… Милиция придёт про аварию спрашивать, может и твоих кого-нибудь нейдёт. А ты пока отдыхай.
Прошло ещё несколько дней и я понемногу начал вставать с постели и прохаживаться по коридору. Допросил меня и милиционер, разговор с ним был странным…
На окружающую обстановку я смотрел с удивлением, чаще молчал наблюдая за происходящим вокруг и всё запоминал.
Раз в сутки мне ставили капельницы и делали уколы витамина В. Рёбра побаливали, для меня это было странным и непривычным, думаю, что ранее я не знал, что такое боль.
Кроме меня в палате было ещё двое мужчин. Старик, который позвал для меня врача и другой, 35-ти лет.
На четвёртый день стоя у зеркала я рассматривал себя. Арр собственной персоной. Синяк на скуле уже приобретал желтые оттенки. Руку со стороны повреждённых рёбер я поднимал с трудом, так как небольшая боль всё ещё распространялась по телу. Зато ходить я мог, ноги были в порядке.
На шестой день моего прибывания ко мне пришли посетители.
Я следил за шахматной партией моих соседей по палате, когда к нам вошли двое мужчин и женщина средних лет.