н всё ещё жив. — Я стараюсь сохранять оптимизм, — сказала Наоми, натянув радостное выражение лица. Такой она и должна быть: всегда радостной. Все равнялись на неё, именно она поддерживала бодрый настрой всей компании. — Само собой, мы найдём его, — добавила она, заставляя себя улыбнуться ещё шире. — Тебе не нужно притворяться передо мной, Наоми. Тебе не нужно носить эту маску. — Какую маску? — Маску оптимистичной, бодрой, всегда радостной и контролирующей себя фейри. Которая решает проблемы всех остальных. — Может, я такая и есть. — Да. И нет. Она рассмеялась. — Я знаю, ты беспокоишься, что мы его не найдём, — сказал Макани. — Мы месяцами искали папу и ничуть не приблизились к результату за всё это время. И если мы его найдём, будет ли он таким же, каким я его помню? Его не было много лет. Ад меняет людей, — она посмотрела на его лишённое выражения лицо и содрогнулась. — Прости. — Никогда не извиняйся за правду, ибо мир полон лжецов, рвущихся увести нас с пути истинного. — Как поэтично, — прокомментировала она. — Драконы и поэзия — это как… — Бекон и яйца? — предложила она. Он фыркнул. — Если ты сейчас можешь шутить, то ты ещё не потеряла надежду. Кое-что ещё в тебе осталось. — Столько надежды, сколько я могу наскрести, — сказала она, выдавив улыбку. — Ты права. Ад меняет людей. Я застрял здесь на семь столетий и соврал бы, если сказал, что это меня не изменило, — сказал он. — Но это изменило меня к лучшему. Ад — это место, где мне нужно было находиться, как бы плохо всё ни было. Это место вновь дало мне цель. И оно привело меня к встрече с тобой. — Формально это было заклинание тёмного фейри. И оно привело меня к тебе, — она взяла его ладонь и крепко сжала. — Но я поняла, что ты имел в виду. Такое чувство, будто всё должно было случиться именно так. — Ад — это место, где твоему отцу тоже нужно было побывать. Каким-то образом, — сказал Макани. — Его судьба — оказаться здесь. А твоя судьба — привести его домой. Её грудь сдавило от эмоций. — Как красиво. — Это правда, — просто ответил он. Наоми остановилась и повернулась к нему лицом. — Я думала, это я тут должна быть оптимистом. Макани смахнул её слезы. — Ад — не место для слёз, — он легонько провёл рукой по её щеке. — Ад пожирает слёзы. Он питается нашей болью, — слеза испарилась с его пальца, поглощённая горячим воздухом. — Боюсь, это не последние слёзы за это путешествие, — сказала Наоми, сглотнув ком эмоций в горле. — Пошли. Они продолжали шагать, и кустарники в страхе расступались перед ними. Всё это место выглядело как одинаковая нескончаемая прерия чёрных шипов под розовым небом. — Я тут подумала, — сказала Наоми чуть позже, нарушив несколько минут молчания. — Как мой отец оказался заперт в царстве духов? Он же Духовный Воин. Он должен быть в состоянии покинуть ад, когда ему вздумается. И ничто не удержало бы его от моей матери. Ничто не удержало бы его от нас. — Его магия, может, и сильна в этом мире, но она не безгранична. Он не неуязвим. И ты тоже. — И ты тоже, — заметила она. Макани опустил подбородок, признавая её слова. — Действительно, я тоже. Во время жизни здесь ад никогда не позволял мне забыть эту неизбежную истину. Когда я повстречал твоего отца, нас обоих удерживал Валин. Ведьма полководца использовала чары, чтобы заблокировать его способности — так они могли эффективнее пытать его. Меня они тоже лишили магии. Мы с твоим отцом вместе застряли в одной клетке без магии. Лишь наши раны и желание сбежать поддерживало нас в целостности и не давало развалиться на куски. Твой отец часто говорил о своей семье, о том, как он вернёт свои силы, выберется из ада и отправится к вам, домой. Он никогда не забывал про вас. Ещё одна слезинка скатилась по щеке Наоми. — Мы сбежали, используя лишь свою хитрость, безо всякой магии, — продолжил Наоми. — При побеге мы разделились. Мы должны были вновь встретиться, но твой отец так и не пришёл. Он увёл армию прочь от меня, чтобы у меня был шанс сбежать. Он храбрый мужчина. Макани рассказывал Наоми эту историю уже столько раз, но она никогда не устанет её слушать. И это всегда вызывало у неё слезы. История её отца, героя. — В аду такой мужчина меняется только к лучшему, — сказал Макани. — Это ужасное место пробуждает лучшие качества, самую благородную натуру. Ад показывает, кто мы есть на самом деле. Рябь прокатилась по коже Наоми. Она остановилась и протянула руки, пытаясь нащупать то невидимое нечто, что задело её тело. Знакомая магия защипала кончики пальцев. Она нашла складку в магии духовного царства. Она позволила капельке своей магии смешаться с ней, и складка сделалась видимой. Рябь магии искрила перед ними, слегка мерцая светом в воздухе. Она снова ткнула в неё. Магия складки отреагировала на её прикосновение. Грандиозная пирамида, отделанная золотом, внезапно появилась перед ними. Её поверхность искрила в свете луны и солнца. Теперь второе солнце пропало. Его сменили солнце и луна, бок о бок стоявшие на небе. Половина неба была днём, другая половина — ночью. Эта небесная двойственность была всего лишь очередной странностью Пирамиды, места, которое существовало одновременно на всех кругах ада, и в то же время ни на одном из них. — Мы нашли адское казино, — Наоми подошла, чтобы поближе посмотреть на идеально гладкую поверхность. Не было ни намёка на дверь или даже окно. — Как думаешь, как нам найти путь внутрь? — спросила она у Макани. — Брюс говорит, что надо просто постучать. Она скептично посмотрела на постройку без дверей, окон и даже швов. — Где угодно? — Видимо, — Макани смотрел на Пирамиду так, словно она в любой момент могла спонтанно обрушиться. Наоми сняла крышку со стаканчика, в котором находилось зелье Райли. — Твоё здоровье, — она поднесла его к губам и выпила. Зелье было густым и комковатым, но на вкус напоминало терпкий лимонад с огромным количеством сахара, идеальное утоление жажды в жаркий день. Совершенно не то, чего она ожидала по внешнему виду. — Лимонад, — рассмеялась она, вспомнив слова Райли ранее. «Это тебе не лимонад приготовить». Наоми протянула стаканчик Макани. Он допил остаток зелья. — Что ж, давай посмотрим, есть ли кто дома, — сказала она, нервно улыбаясь, и потянулась к золотой поверхности Пирамиды. Макани нахмурился, скрестив руки на груди и постукивая пальцами по ножам, пристёгнутым к предплечьям. Он не выглядел уверенным, что это сработает. Напротив. Он выглядел так, будто с уверенностью ожидал, что Пирамида выплюнет полчище врагов. Кулак Наоми помедлил над самой поверхностью Пирамиды. — Райли знает, что делает, — конечно, она повторяла это в основном для себя, чтобы набраться храбрости и прикоснуться к Пирамиде. — Он исключительный мастер зелий, — Макани всё ещё не выглядел убеждённым, что это сработает. — Почему ты смотришь на неё так, будто она обрушится на нас? — поддразнила она. — Потому что так она и сделает, если мы не убедим её, что в нас есть демоническая магия. — Но если Пирамида обрушится, это убьёт всех внутри неё. И разрушит её саму. Её больше не будет существовать. — В любом другом месте это было бы правдой. — Но не здесь, — вздохнула Наоми, осознавая его правоту. — Здесь магия не следует законам природы — Именно. Наоми сделала глубокий вздох. — Ладно. Была не была, — она стукнула по золотистой поверхности. Золотые пластины Пирамиды тут же засветились, сверкая всё ярче с каждым импульсом. Наоми сделала шаг назад. Стены сделались жидкими, стекая по краям Пирамиды как водопад. Как вулкан жидкого золота. С каждым вдохом воздух становился горячее. Наоми закашлялась, запах горящего металла обжигал её ноздри. Шипящие пузырьки образовались в золотых водопадах, разлетаясь повсюду брызгами. Всплеск жара обжёг руку Наоми. Такое чувство, будто на неё попала капелька раскалённого масла со сковородки. — Думаю, зелье не сработало, — тихо сказала она. Глядеть на завесу сверкающей золотой лавы было сродни тому, чтобы стоять перед вулканом. Так прекрасно, и всё же так ужасающе. Она застыла, как загипнотизированная. Макани потянул её назад, и они едва-едва увернулись от огромного пузыря горящего золота. Он сожрал гигантский кустарник, поглотив полностью и сделав его ветви золотыми. Наоми и Макани побежали. Земля сильно тряслась, лишая их равновесия при бегстве. Очередная завеса золота взлетела перед ними, отсекая путь к отступлению. Они изменили направление, но ещё один золотой гейзер вырвался из-под земли, словно предугадав их движение. Оглушительный рёв обрушивающейся воды — с аккомпанементом бурлящих пузырьков — эхом прокатывался по прерии. Наоми в ужасе смотрела, как Пирамида раскалывается надвое, как орех. Кольцо золотого пламени вырвалось из неё и метнулось вокруг Наоми и Макани, окружив со всех сторон. Золотая завеса поднялась так высоко к небу, что Наоми не видела ничего за её пределами. Даже небо едва виднелось. Макани вскинул руки перед собой, пытаясь призвать чары и пробиться через золотую завесу. — Без толку. Моя магия пропала. Зелье заблокировало мои способности, — сказал он. — Попробуй свою магию. Ты можешь перенести нас отсюда? Наоми взмахнула руками. Перед ними раскрылась завеса. Её духовная магия никуда