ы здесь узник? — спросила Наоми. — О, да. Цепи достаточно длинные, чтобы я мог ходить по своей клетке, но я не могу уйти. Никогда не смогу уйти, — он дёрнул руками за цепи, сделанные из сплетённого света. Они засияли и превратились в металл. — Этот замок — фокусирующая точка для магии в царстве духов. Через мою связь, через эти цепи я могу видеть все глазами призраков ада, — он говорил так обречённо. — Как так получилось, что ты оказался здесь в заточении? — спросила Наоми. — После смерти меня проклял и приковал к этому месту амбициозный демон. Влияние этого демона ушло отсюда. Его воинов изгнали во время войны с демонами уже очень давно. Другим демонам не понравилось, что он делал для получения силы, как он шпионил за ними с помощью этих цепей. Так что они объединились против него. И они вытеснили его воинов из верхних и средних кругов ада. — Если военных отрядов демона здесь уже нет, почему ты всё ещё заточен здесь? — спросил Макани. — Почему? Действительно, почему! — рассмеялся Мастер Шпионов. — Особенно когда остальные уже мертвы. — Остальные? — переспросила Наоми. — Некогда было ещё восемь других, прикованных в этом замке, — объяснил Мастер Шпионов. — Когда последнего воина того демона вытеснили с пятого круга, когда его власть здесь наконец-то закончилась, приковывавшие нас цепи испытали перегрузку. Она оказалась достаточно мощной, чтобы убить даже тех призраков, которые уже мертвы. — За исключением тебя, — сказала Наоми. — Я не знаю, как и почему я выжил, — сказал Мастер Шпионов. — Я не знаю, почему мои цепи не испытали перегрузку. Но каким-то образом я выжил, так что я остаюсь здесь, навеки в ловушке, проклятый до конца времён смотреть через глаза призраков и медленно сходить с ума. Ад — это настоящая буря видений и звуков. Столько всего происходит! Я не могу отдыхать, не могу спать. Она похлопала его по плечу. — Это ужасно. — Да, действительно, — Мастер Шпионов со вздохом сел и опёрся локтем на колено. — Но вы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать мои проблемы. Наоми ощутила укол вины при мысли о том, чтобы просить о помощи человека, у которого и так хватает проблем. — Твой отец, — подтолкнул её Мастер Шпионов. — Как… Он постучал пальцем по лбу. — Всевидящий, помнишь? Хотя это не совсем верно. Я могу видеть лишь через глаза призраков. Но в этих краях они всюду, не так ли? — он маниакально расхохотался. — Ты знаешь, где мой отец? — Я мог бы помочь тебе, но ничто не делается бесплатно. Он должен сделать кое-что для меня, — Мастер Шпионов посмотрел на Макани с безудержным отчаянием, словно тот был спасением от его бесконечных мук. — Чего ты хочешь? — спросил Макани. — Свободы от этой тюрьмы, — он дёрнул за цепи, и магия затрещала. — Ты Драконорожденный. Ты можешь ломать магию. Ты можешь развеивать заклинания в ничто. Я хочу, чтобы ты сломал магию, которая удерживает меня здесь. — Ты сказал, что остальные умерли, когда их цепи разрушились. Ты тоже можешь умереть, — сказала Наоми. — Возможно. А возможно, и нет, — собравшись, Мастер Шпионов переплёл пальцы. — Другие умерли, когда влияние демона ушло из этих краёв. А я не умер. В этом дереве что-то иначе. Или во мне что-то иначе, и это позволяет мне выживать. Я вроде как, типа, может быть, уверен, что я не умру. — А что, если ты ошибаешься? — спросила Наоми. — Значит, так тому и быть. После столетий заточения в этом дереве, заточения в собственном разуме, созерцания всего и невозможности отгородиться, я не могу протянуть так больше ни дня. Или заклинание избавит меня от этой тюрьмы, или же это сделает моя собственная смерть. Согласись сломать удерживающую меня магию, и я позволю своему разуму вновь нырнуть в эфир, — сказал Мастер Шпионов Макани. — Согласись помочь мне, и я поищу её отца. Макани кивнул. — Я сделаю, как ты просишь. — Отличненько, — глаза Мастера Шпионов подёрнулись дымкой, похожей на туман. — Я его вижу, — заговорил он через некоторое время зловещим голосом, напоминавшим эхо. — Твоего отца. Воины ведут его по восьмому кругу ада, — дымка ушла из глаз Мастера Шпионов, и он выжидающе улыбнулся Макани. — И всё? — запротестовала Макани. — Это всё, что ты можешь сказать нам о местонахождении моего отца? Восьмой круг ада? Ты с таким же успехом мог сказать «мир». — Я попытался, как и обещал. Смотреть через глаза призраков — это не самая точная наука. — Пожалуйста, — она взяла Мастера Шпионов за руки и сжала его ладони. — Уверена, ты можешь увидеть больше. — Ну ладно, — он вздохнул, и его взгляд вновь сделался отрешённым. — Они движутся, всё ещё в пути. Не знаю, где окажется твой отец, когда это путешествие завершится. Я вижу, что в настоящий момент они проходят через Столпы Пламени. Столпами Пламени назывались плоские равнины с гейзерами огня, которые выстреливали через неравные интервалы. Это была обширная, необитаемая зона между несколькими демоническими королевствами на восьмом круге ада. — Кто удерживает моего отца в плену? — спросила Наоми. — Мне не знакомы солдаты. На одежде нет опознавательных знаков. Но они определённо принадлежат демону. Они обладают магией, даром от их демонического мастера. Ад вытягивал земную магию. Демоны и монстры могли творить магию в аду, но единственные люди, чья магия здесь была в расцвете сил — это Духовные Воины, а также воины, получившие от демона дар магии. — Ты можешь проследить за папой, пока солдаты не приведут его к месту назначения, — сказала Наоми Мастеру Шпионов. — Призрак, через которого я смотрел, уже перешёл в другую часть духовного царства. Сейчас возле твоего отца нет призраков. Они склонны шарахаться от армий демонов. — Может, придёт другой. — Прыгать между призраками в аду — это не то же самое, что целиться в мишень на стене, милая, — он посмотрел на лук, висевший за её спиной. — Это скорее похоже на попытки попасть в листочек, который летит на ветру над океаном, где бушует шторм. Это не точный, трудный, а главное, невероятно болезненный процесс. С меня хватит. И мы заключили сделку. Поднявшись на ноги, Мастер Шпионов поманил Макани вперёд. — Твоя очередь. Макани шагнул в его сторону. Наоми прикоснулась к его плечу. Помедлив, он обернулся к ней. Она подумывала сказать ему остановиться, не разрушать оков, пока Мастер Шпионов не дал им что-то более конкретное, но она не могла так поступить. Она не хотела, чтобы Мастер Шпионов испытывал такую боль. Он выполнил свою часть сделки; он выяснил, где её отец. Теперь их очередь выполнить свою часть сделки, освободить его — тем или иным способом, как он и пожелал. Так что Наоми сказала Макани лишь одно: — Будь осторожен, — она убрала ладонь с его плеча. Макани накрыл её щеки ладонями и прижался лбом к её лбу. — Всё будет хорошо. Мы его найдём. Натянув ослепительную улыбку, она кивнула. Макани повернулся и преодолел последние шаги до Мастера Шпионов. Не сказав ни слова, он грубо схватил призрака одной рукой; а другой сломал печать на своей повязке, которая удерживала в себе заклинание Ломания Магии. Оттуда вырвалась золотая магия и с силой врезалась в Мастера Шпионов. Цепи разлетелись как бьющееся стекло, и заклинание в них умерло. Макани втянул сломанную магию в себя, восстановив запасы магии, которые иссушил ад. Вспышка ослепительно белого света озарила комнату. Наоми прикрыла глаза рукой. Когда она вновь сумела видеть, Мастер Шпионов стоял перед ней, глядя на свои руки и ноги без оков так, словно не мог в это поверить. — Я свободен, — прошептал он про себя. Он походил по комнате — нет, буквально заскакал. Как бы уверенно он ни говорил, что выживет, похоже, он удивился, что это действительно сработало, и он не умер. Он пошевелил пальчиками. Затем принялся двигаться ещё быстрее, описывая руками большие круги в воздухе и улыбаясь от уха до уха. — Мне нужно сейчас же обыскать восьмой круг, — сказала Наоми, обращаясь к Макани. — Мне нужно отправиться к Столпам Пламени, пока мой отец оттуда не ушёл. — Я пойду с тобой. — Это намного глубже, чем мы осмеливались заходить ранее. Это тебя осушит. И это причинит тебе боль. Я не могу просить тебя отправиться туда. — Тебе и не нужно просить меня, — он взял её за руку. — Я говорю, что иду с тобой. Высока вероятность, что тебе придётся сразиться с демоном, чтобы отбить своего отца. Сразиться, Наоми, а не сдержать его на минутку, не спрятаться и не увернуться. Тебе придётся сразиться с ним в открытую. Она сделала глубокий вдох. — Я знаю. И я уже сражалась с демоном. — Сражаться с демоном на Земле — одно, сражаться с ним в аду — другое, — сказал он. — На Земле они слабее, их ограничивает тело носителя и лимиты смертных. И они ослаблены незнакомой средой Земли. Однако в аду они в своей стихии. Ты сильна, Наоми, но и этот демон силен. У него будет подкрепление, полководцы и армии, готовые исполнить его приказы. Тебе тоже нужно подкрепление. — Ты упрямишься. В его глазах пылало золотое пламя. — Всегда. — Но боль… Боль от осушения магии — это ни с чем не сравнимая пытка. — Разум превыше тела, — произнёс он с мрачной решительностью. — Как ты и сказала, я упрям. И у меня за плечами годы практики акклиматизации к аду. Но наши шансы победить демона возрастут в разы, если я захвачу с собой некоторые заклинания в артефактах.