лено. Вдоль одной стены от самого пола до потолка тянулся шкаф с множеством маленьких ящичков; он напомнил Наоми шкаф в кабинете Мастера Шпионов. По обе стороны от шкафа размещалось множество полок с книгами с тонкими страничками и внушительными корешками. Миновав мини-джунгли и сборище книг, Наоми нашла Райли за высоким стоячим столом. И Макани стоял возле него. Они оба посмотрели на неё. — Ты пришёл на экскурсию по магии? — спросила она у Макани. — Райли мне помогает, — он показал на амулет с магическим рубином, который лежал на столе Райли — тот самый, который бабуля принесла им утром. — Я попросил его оптимизировать способность камня вмещать магию. Используя его знания магических наук, а также его новую магию теней, он должен суметь найти способ хранить несколько заклинаний в артефакте. Это будет очень полезно во время наших вылазок в царство духов. — И ты нашёл способ? — спросила Наоми у Райли. — О, да. Это на самом деле просто, — его зелёные глаза засияли как фейерверки — так всегда случалось, когда он говорил о своей работе. — Нужно просто сложить магию слоями, где каждый слой содержит одно заклинание, и каждый слой отделен от другого. То есть, ты ломаешь верхний слой, и высвобождается только верхнее заклинание. Затем ты ломаешь второй слой, и высвобождается второе заклинание. Наоми покосилась на амулет, лежавший на столе. — Сколько заклинаний ты засунул туда? — Пять, — сказал Райли. Она разинула рот. — Пять? — Полагаю, что со временем я смогу вместить в камень ещё больше заклинаний. Мне просто нужно провести кое-какие эксперименты по складыванию магии, чтобы оптимизировать процесс, — он посмотрел на Макани. — Расскажи потом, как всё пройдёт. Ничего не утаивай. Я хочу сделать всё правильно. В глазах Макани сияло восхищение. — Ты истинный учёный. Райли ответил скромным пожатием плеч. — Конечно, приходится немного планировать наперёд, когда загружаешь заклинания, решать, в каком порядке ты будешь их использовать. Но возможно, я смогу выяснить, как сохранить их таким образом, чтобы потом ты мог получить к ним доступ в любом порядке. — Изумительно, — Наоми протянула ладонь и прикоснулась к его руке. — Спасибо. Райли склонился над амулетом, сплетая искрящиеся магические нити между пальцами как для игры в верёвочку. Он завязал на рубине петлю чёрной магии, затем искры померкли. — Готово, — он протянул амулет Макани. — Я настроил магию на тебя. Только ты можешь открыть амулет и использовать заклинания, которые ты сохранил внутри. Он идеально смешал свою магию теней и навыки зельевара, чтобы создать нечто новое, совершенно уникальное. — Я как раз говорил Макани, что его друзья находятся в полной безопасности в главном офисе, отсыпаются в камерах магической регенерации, — сказал Райли, обращаясь к Наоми. — Они должны проснуться полностью восстановившимися через несколько дней. — Я даже не знала, что существует такая штука, как камера магической регенерации. — Я недавно разработал их с Каллумом, — сказал Райли. — Мы протестировали их на молодых магах, которые готовились к Магическим Играм и хотели усиленно тренироваться. Те, кто пользовался камерами, смогли удвоить количество сессий по тренировке магии в день. — Вот это техническое изобретение одобришь даже ты: технология, которая позволяет тренироваться ещё больше, — Наоми поиграла бровями, глядя на Макани. — Может, мне тоже поспать в камере Райли? — Я верю в твою способность справиться с любым небольшим дискомфортом без помощи камеры магической регенерации. — Небольшим дискомфортом? — её мышцы всё ещё ныли после сражения с тиграми. И её магия тоже. Земная магия, в смысле. Её духовная магия всё ещё не вернулась. — Я едва могу вытянуть руки. И каждый раз, когда я пытаюсь сотворить заклинание, у меня возникает ощущение, будто я сунула палец в розетку. — У меня есть кое-какие физические и магические упражнения, которые позволят тебе повысить переносимость боли. Она застонала. — Ну конечно. Макани дал ей небольшие повязки с грузом, которые нужно повязывать на лодыжки и запястья. Эти повязки работали в двух направлениях, чтобы удвоить пытки. Они работали и как дополнительный груз для её тела, и как дополнительный груз для её магии; они повышали вокруг неё магическое сопротивление, чтобы ей было сложнее творить заклинания. Эти повязки с грузом были изобретением Макани — он создал их, адаптируя анти-магический артефакт, который Логан украл от Конвикционитов. Он сказал ей, что если она сможет драться и творить заклинания в этих повязках с грузом, то сняв их, она будет ещё быстрее и сильнее. В этом он определённо оказался прав, но всё-таки она ненавидела эти повязки лютой ненавистью. — Мы увидим тебя на выходных на игровом вечере у Серы и Кая? — спросила Наоми у Райли. — Ни за что не пропущу, — его лицо осветилось свирепой улыбкой. Он месяцами пытался обыграть Кая в «Магическое Королевство», стратегическую игру, но в играх Кая был ещё брутальнее, чем в жизни. Как и Райли, чего никак не скажешь по его внешности. — Не сдавайся, — сказала ему Наоми. — И не собирался. В этот раз я его уделаю, — в глазах Райли светилась жестокая, безжалостная расчётливость. Когда дело касалось игр, Наоми предпочитала менее агрессивный подход. Зачем нападать, когда она могла просто убедить других игроков сосредоточить свои усилия — и растратить их энергию и ресурсы — на сражениях друг с другом? Она научилась этому трюку у бабули. — Игра обещает быть интересной, — сказала она. — До скорой встречи, Райли. Наоми и Макани ушли из лаборатории Райли. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Макани, пока они шагали по коридору. — Как твоя магия? — теперь, когда они остались одни, его тон сделался мягче, нежнее. — Моя слабая земная магия работает нормально. Моя упрямая духовная магия всё ещё и носа не показывает, — Наоми вздохнула. Она так привыкла к своей духовной магии, так привязалась к ней. Без неё она чувствовала себя голой. — Она вернётся, — сказал он ей. Она натянула ослепительную улыбку. — Конечно, вернётся. — Ты опять это делаешь. — Делаю что? — Натягиваешь беспечный фасад аля все-в-полном-порядке. — Некоторые люди назвали бы это оптимизмом, — заметила она. — Со мной тебе не нужно притворяться, Наоми. И тебе не нужно тащить это на себе в одиночку. Сбрось маску. — Для меня это сложно. — Я знаю, — Макани взял её за руку и переплёл их пальцы. — Так легко завернуться в иллюзию личности, которой ты должна быть перед всеми. Если тебе больно, позволь мне быть твоей опорой. — А когда тебе больно, ты опирайся на меня. В конце концов, давай по справедливости, — сказала она с усмешкой. В его глазах полыхнула магия. Она вернулась мыслями к сегодняшнему утру, когда он сказал ей те же самые слова перед тем, как бабуля им помешала. Она гадала, вспоминает ли он тот же самый момент. Но Макани сказал лишь: — Ты — моя опора, а я — твоя опора. В этом и есть весь смысл. Неа, его мысли были далеко не такими грязными. Жалко. — Хорошо, — сказала Наоми, кивнув. — Рада, что мы это прояснили. Остаток пути по лестницам они преодолели в тишине. — Итак, как прошёл твой день? — спросил Макани, когда они вышли с лестниц в лобби. — Утомительно. Этим утром из лабораторий Кая сбежали тигры. Мы с Алекс весь день выслеживали зверей и ловили их обратно. Они разрушили мою машину. И мою одежду. Его взгляд пробежался по её телу. — Это объясняет твой наряд. — Я позаимствовала кое-какую одежду у Серы. — Интересный выбор — надеть такой открытый наряд на ужин с семьёй, — сказал он, сухо усмехнувшись. — У моей семьи нет проблем с открытыми нарядами. Это кучка одурманенных озабоченных фейри и магов, помнишь? В некоторые дни они вообще одежду не носят. — Если бы я знал, что на это мероприятие одежду надевают по желанию, то оставил бы рубашку дома. — Леди на Острове Фейри это очень оценили бы. — Мне есть дело только до одной леди с острова, — он посмотрел ей в глаза интенсивным взглядом, который так и пульсировал золотым светом. Наоми усмехнулась. — К сожалению, бабули сегодня не будет. Макани остановился, поймал её за руки и развернул лицом к себе. Затем он наклонился поближе. — Ты знаешь, что я имел в виду тебя, — произнёс он, касаясь её губ. Наоми скользнула ладонями по его груди, погладив гладкую шелковистую ткань. В эту рубашку вплетены настоящие нити золота? Он одевался как принц, что совершенно логично, ведь он и был принцем. — Выглядишь отлично, — сказала она ему. — Ты тоже, — рука Макани выписывала медленные круги на её запястье. И вновь её разум метнулся к утру того дня. Какая жалость, что их прервали. Им так и не удалось завершить свою шалость. Судя по пламени в его глазах, в этот раз Макани думал о том же самом. — Наоми, — её имя соскользнуло с его губ как горячий мёд. — Я знаю. Я тоже, — она вздохнула. — Но мы уже опаздываем на ужин. И мне очень не хочется, чтобы мы пришли поздно в тот вечер, когда ты впервые встретишься с моей семьёй. — Тебе важно, что они подумают. — Да, важно. Я люблю их, с безумием и всем остальным. И я хочу, чтобы ты им понравился, — с великой неохотой она отстранилась от Макани. — Если поспешим, то доберёмся до Острова Фейри