Она была пользователем духа, и последствия этого начали сводить её с ума, она сделала единственное, что могло её спасти: стала Стригоем.
Михаил, ее любовник, делал то единственное, что знал, о том как покончить с этой дьявольской ипостасью(существованием): разыскать и убить ее.
Мне пришло в голову, что я стою лицом к лицу с героем истории любви столь же драматичной, как моя собственная.
«Но вы так и не нашли ее», — тихо сказала я.
«Правда?»
Ему потребовалось много времени на ответ, он пристально наблюдал за мной.
Я задавалась вопросом, о чем он думает?
О ней? О своей боли? Или изучает меня?
«Нет», — сказал он в конце концов.
«Я вынужден был остановиться.
Стражи нуждались во мне больше».
Он говорил это спокойно, тем совершенным способом, присущим для Стражей, но в его глазах я увидела горе — горе понятное мне более, чем кому-либо.
Я колебалась прежде чем воспользоваться единственным шансом и не провалить попытку в конечном счете оказавшись в тюремной камере.
«Я знаю».
Я знаю, у вас есть все основания, вытащить меня отсюда и запереть.
Вы должны.
Это то, что вы должны сделать-то, что и я бы сделала.
Но дело в том, что это…
Я ещё раз кивнула на папку.
«Ну, я вроде как пытаюсь сделать то же, что сделали вы. Я пытаюсь спасти кое-кого».
Он молчал.
Он, возможно, догадался, кого я имела ввиду и понял, что «спасти» означало «убить».
Если он знал, кто я, то знал и кто был моим наставником.
Немногие знали о наших романтических отношениях с Дмитрием, но моя забота о нем имела предрешенный итог.
Это бесполезно, ты знаешь, — сказал наконец Михаил.
На этот раз его голос треснул
«Я старался,
Я так старался найти ее.
Но когда они исчезают.
Когда не хотят, чтобы их нашли…»
Он покачал головой
«Мы ничего не можем тут поделать.
Я понимаю, почему ты хочешь сделать это.
Поверь мне, я знаю.
Но это невозможно.
Ты никогда не сможешь найти его, если он того не захочет».
Я задалась вопросом, сколько же всего я могла рассказать Михаилу — и сколько должна.
Мне пришло в голову, что если бы мире существовал человек, который смог бы понять, через что я прошла, то был бы этот парень.
Кроме того, у меня не было другого выбора.
«Дело в том, что я думаю, что могу найти его», — сказала я медленно
Он ищет меня.
«Что?», — Михаил поднял брови.
Откуда ты знаешь?
Потому что он присылает мне письма.
И тут же вернулся жестокий взгляд воина.
Если ты знаешь это, если ты можешь его найти
…ты должна вернуться и убить его».
Я вздрогнула на последних словах и испугалась того, что должна сказать дальше.
«Вы поверите мне, если я скажу, что есть способ спасти его?»
«Ты имеешь ввиду — уничтожить его»
Я покачала своей головой.
«Нет
Я действительно имею ввиду «спасти».
Есть способ вернуть его в первоначальное состояние».
«Нет», — выдохнул Михаил
«Это невозможно»
— Это могло бы быть невозможным.
Я знаю одного человека, кто сделал это — вернул стригоя назад».
«Хорошо, это была маленькая ложь.
Вообще-то, я не знала никакого человека, но я и не собиралась вдаваться в подробности и объяснять всю эту запутанную нить «знаю кое-кого, кто знал кого-то-там».
«Это невозможно», — повторил Михаил.
«Стригои мертвы
Неживые
Без разницы.
«Что, если бы был шанс?» Сказала я.
«А что если это возможно?» а что если Госпожа
Карп…если Соня смогла бы стать Мороем снова? Что если вы смогли бы быть вместе снова? Это также означало бы что она снова стала бы сумасшедшей, но эту формальность можно было бы решить позже.
Мне казалось прошла вечность прежде чем он ответил, а моя тревога все возрастала.
Лисса не могла использовать принуждение вечно, да и я сказала Мие что справлюсь быстро…
Этот план может провалиться, если я быстро не выберусь отсюда
Тем не менее наблюдая за его размышлениями я заметила что его маска пошатнулась. прошло столько времени, но он все еще любит Соню.
«Если то, что вы говорите, правда… — но я не верю в это, — я пойду с тобой.
Стоп, нет.
Этого нет в моих планах.
«Ты не можешь», — быстро сказала я.
У меня уже есть люди, которые мне в этом помогают.
«Другая маленькая ложь.
Присоединение кого-то еще может нарушить все наши планы.
«Я не делаю это в одиночку», — сказала я предугадывая его следующий аргумент.
«Если вы действительно хотите помочь мне… действительно хотите чтобы появился шанс вернуть ее…вы должны отпустить меня».
«Это никак не может быть правдой», — повторил он.
Но было сомнение в его голосе и я решила сыграть на нем.
«А если бы был шанс?»
Молчание.
Я начала потеть.
Михаил на минуту закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
А потом отошел в сторону и указал мне на дверь.
«Иди я чуть было не потеряла сознание но вовремя схватила за ручку двери.
«Спасибо тебе.
Огромное спасибо.
«У меня может быть куча неприятностей из-за этого». — сказал он устало.
«И я все еще не верю, что это возможно.
«Но ты надеешься что это так.
«Мне не нужен был его ответ, я знала, что права.
Я распахнула дверь, но перед тем как уйти, снова взглянула на него.
В этот раз, он не скрывал горе и боль на своем лице.
Если для тебя это действительно важно. если ты хочешь помочь. возможно и есть способ».
Ещё одна загадка была разгадана для меня самой, ещё один способ что бы мы могли достать ключи
Я объяснила ему что мне нужно и была удивлена тем как быстро он согласился.
Он действительно был похож на меня, как мне показалось.
Мы оба знали, что идея о возвращении стригоев невозможна. А нам так хотелось верить в это, что все получится, затем я побежала наверх. За столом не было Дона, и я удивилась, что же Мия сделала с ним. я не стала никого дожидаться что бы узнать, что случилось. Я сразу же поторопилась на то место где мы договорились встретиться.
Мия и Лисса должны были ждать меня там.
Больше не отвлекаясь на тревоги, я открыла связь и почувствовала волнение Лиссы.
«Слава Богу», — сказала она, когда она увидела меня.
«Мы думали, что тебя поймали» «ну. это — длинная история.
История, на которой я не хотела бы останавливаться.
«Я получила то, что хотела.
И
На самом деле я получила гораздо больше. я думаю, что у нас все получится.
Мия кинула на меня грустный взгляд.
Я, конечно, хотела бы знать, что вы, девчонки, делаете.
Я покачала головой и мы втроем ушли.
«Нет», — сказала я.
Я не уверена, что ты хотела бы
Я решила, что нам с Лиссой лучше не засиживаться долго, когда мы вернулись к ней в комнату и засели за документы
Она испытывала различные эмоции, когда я рассказала ей о моей встрече с Михаилом, которую не стала упоминать в присутствии Мии.
Первоначальная реакция Лиссы было удивление, но были и другие эмоции.
Страх из-за неприятностей, в которые я могла попасть
Немного теплой романтики поводу того, что и Михаил, и я были готовы сделать для тех, кого мы любим.
Любопытно, сделала бы она тоже самое, если бы Кристиан оказался в такой ситуации?
Она сразу ответила на этот вопрос, и она сделала бы это: ведь она по-прежнему сильно любила его.
Потом она сказала себе, что на самом деле это ее больше не волнует, что я посчитала бы раздражающим, если я не была настолько рассеяна.
«Что-то не так?» спросила она.
Я вздохнула с тревогой, не понимая этого, когда я прочитала ее мысли.
Не желая, чтобы она знала, что я читала ее мысли, я указала на бумаги, разложенные на кровати.
Пытаюсь разобраться в этом.
Что было недалеко от истины.
План тюрьмы был сложный
Камеры занимали 2 этажа и были крошечными— в каждой из них держали всего одного заключенного.