— Жизнь полна тяжёлых решений, ты знаешь это. Мы делаем всё, что можем с тем, что имеем в данный момент. И едва ли когда-то будет правильный или неправильный путь, есть только твой путь. Я выбираю лифт, а ты выбираешь лестницу, но мы продолжаем встречаться наверху, Раф, — я провела губами по щетине на его подбородке. — И если бы мне снова пришлось принимать решение, оно было бы тем же. Для всех это было лучшее решение, — я встретила его взгляд. — Глубоко внутри ты это знаешь. Вот почему ты до сих пор так бесишься.
Какое-то время Винтер пристально смотрел на меня.
— Кто ты? — спросил он наконец. — И что ты сделала с Иви?
Я рассмеялась.
— Время от времени у меня случаются вспышки интеллектуальных способностей, но они не длятся долго, — я слегка пихнула его. — Ты пованиваешь. Сходи прими душ, а я пойду вниз и посмотрю, смогу ли раздобыть нам что-нибудь на ужин и бутылку вина. Думаю, мы это заслужили.
Он улыбнулся мне. Проживи я хоть тысячу жизней, моё сердце всё равно не подпрыгивало бы так, как от улыбки Винтера.
— Звучит как отличный план, — он помедлил, частично повернувшись в сторону ванной. — А, — произнёс он, — Ипсиссимус по-прежнему советует тебе не пытаться колдовать. Мэйдмонт нашёл какой-то старый фолиант, в котором говорится о древней ведьме, прошедшей через нечто подобное, но он написан на кишащей архаизмами латыни, и его перевод займёт некоторое время. Он полагает, что, скорее всего, с тобой всё в порядке, и использование магии не высвободит скрытую впитанную тобой силу некромантии, но для перестраховки…
Я закатила глаза.
— Да, да. Я могу ещё какое-то время побыть хорошей непрактикующей ведьмой. Правда, Мэйдмонту стоит пошевеливаться. Как только мы обнаружим Чёрную Бороду, все ведьмы должны быть готовы к действиям. Я не останусь в стороне от этой битвы. Этот ублюдок получит по заслугам.
— Я люблю тебя, Иви Уайлд, — ухмыльнулся Винтер. — Но, чёрт возьми, порой ты пугаешь.
Я встряхнула белокурыми кудряшками и покрутила бёдрами настолько развязно, насколько способно было моё уставшее тело.
— Ещё бы, дорогуша.
***
В баре приятно пахло пенным пивом, а откуда-то из глубины паба доносились запахи мясного жаркого. Едва ли не пуская слюни, я прошла сквозь толпу и взобралась на барный стул. Музыкального автомата не было, а из колонок не доносилась фоновая музыка, хотя дальний угол комнаты мог похвастаться небольшой сценой, на которой уже установили ударную установку и микрофоны. Учитывая количество людей, тёплую атмосферу и гул голосов, это явно то самое место, где стоит побывать в четверг вечером в Дартмуте.
Я поманила бармена и выхватила меню, после чего заказала две тарелки жаркого по-ланкаширски и две пинты местного пива. Я даже надеялась, что Винтер не будет торопиться с душем, и я смогу съесть его порцию, а когда он придёт, заказать ещё одну. Вероятно, во всей этой теме со свежим воздухом что-то есть: я чувствовала себя достаточно голодной, чтобы слопать чан жаркого, и казалось, что одной миски не хватит, чтобы утолить этот голод. Пожалуй, частично таким образом я хотела напомнить себе, что я жива. Что, кроме как поболтать с несколькими недавно почившими ведьмами, может дать понять, насколько важно наслаждаться каждым мгновением? И каждым кусочком еды.
Я поёрзала, чтобы усесться поудобнее, и сделала большой глоток пива. Прикрыв глаза от наслаждения, я причмокнула губами. Мы с Винтером поймаем Чёрную Бороду прежде, чем он причинит ещё какой-то вред. Больше никто не умрёт. Винтер вернётся в Орден и будет довольным трудоголиком. Я научу его смотреть запоем сериалы — все сезоны за раз; он покажет мне все лучшие спортзалы в радиусе двадцати километров, а я притворюсь, что мне это интересно. Всё складывалось как нельзя лучше.
Я открыла глаза, чтобы схватить стакан и глотнуть ещё пива. Он был на полпути к моему рту, когда взгляд мой упал на мужчину, который только что пробрался к другому концу бара. Кустистая чёрная борода, лысая голова, изрытая оспинами кожа и серьга в ухе в форме черепа. И мёртвые чёрные глаза. Ни Карен, ни Эми не упомянули его глаза. Я застыла, не в силах пошевелиться. Почувствовав мой взгляд, он бегло оглянулся и напрягся, уловив моё выражение лица.
— Жаркое скоро будет, — жизнерадостно произнёс бармен. — Я накрыл вам столик в углу.
Я медленно поставила стакан и попыталась принять непринуждённый вид, но у меня было ужасное чувство, что уже слишком поздно, и я себя выдала. Я заставила себя изогнуть губы в улыбку.