— Игги, почему бы тебе не отвести нас к табличке? — предложила я, пока он полностью себя не выдал.
— Да, конечно, — он энергично кивнул головой. — Знаете, я задумывался о ней. В формулировке есть что-то такое, что всегда вызывает у меня дискомфорт. И теперь я знаю, почему.
— Что в ней говорится? — спросил Винтер.
Ответил сам Виггинс.
— На этом самом месте в 1989 году профессор Гораций Виггинс на десятилетия изменил ход исследования биологической магии. Пусть его душа и страсть к науке навечно останутся здесь, вдохновляя эти стены и всех, кто в них учится.
Я поморщилась. Это было вполне чёткое проклятие, хотя и красиво сформулированное.
— Разумеется, — продолжал Виггинс, — это произошло вовсе не на том месте. Когда ко мне пришло настоящее озарение, я пытался затащить секретаршу Дина в архивный шкаф. Понимаете, у неё были такие огромные…
— Профессор, — чересчур громко произнесла я, — если вы хотите, чтобы я вам помогла, то сейчас вам стоит замолчать.
Он помедлил.
— Э-э-э, ладно. Да. Хорошая идея.
Брутус вздохнул, я пожала плечами.
— Знаешь, мог бы остаться дома. Там полно углов, где можно дуться. Нет нужды делать это здесь.
Он поднял лапу, словно осматривая её, а затем один за другим выпустил когти.
— Давай, Икбол! — бодро сказал Винтер со всей поспешностью, на какую был способен. — Пойдём!
На этом мы все выкатились из кабинета.
Глава 14
Один незначительный акт вандализма, последующая короткая поездка, и мы прибыли в главное здание Ордена. Винтер не мог стереть с лица виноватое выражение, словно ему грозило десять лет каторги за снятие со стены старой мемориальной таблички. «Преступника из него никогда не получится», — с нежностью подумала я.
— Знаешь, — сказала, когда мы выбирались из такси, — может, вся эта тема с призраками не так уж и плоха. Чувствую, что начала разбираться в ней. Я уже двум призракам помогла перейти. Понимаю, что с Клэр и её ковеном есть проблемы, но это другое. Всё, что нужно — это открыть офис, куда ко мне смогут приходить призраки, и нанять помощника, который будет рассортировывать заклятия и уверена, я смогу найти золотую жилу. Я буду скучать по вождению такси, но готова отказаться от этого, чтобы быть альтруистом и помочь всем этим потерянным душам, — я помедлила и добавила: — И работать минут двадцать в день.
— Кто будет тебе платить? — спросил Винтер.
Хмм. Хороший вопрос. Я положила ключи в карман, и мы пошли к главному зданию искать Ипсиссимуса. Брутус пристроился рядом, хоть и казалось, что новая среда его отвлекает. Он то и дело останавливался, чтобы подозрительно обнюхать пугающие предметы. Похоже, он был уверен, что пустой пакет от картофельных чипсов, кувыркающийся на ветру, что-то против него замышляет.
— Я могу заставить семьи платить мне, — наконец сказала я. — Знаешь, потомков призраков или тех, кто изначально проклял их души. Я сделаю им одолжение — им стоит платить за привилегию не быть больше преследуемыми призраками.
— Но что если, — произнёс Винтер, наклоняясь, поднять пакет из-под чипсов и выбросить его в ближайшую урну, — они не знают, что их преследуют призраки? И с чего бы им тогда быть благодарными?
Я потёрла подбородок.
— Можно перед тем, как избавить от проклятия, заставлять призраков рассказывать, где зарыты древние семейные реликвии.
— Потому что у любой семьи есть зарытые реликвии?
Брутус запрыгнул на урну и вгляделся внутрь, после чего забил лапой по пакету. Он явно не мог его вытащить.
— Разумеется, — ответила я. — Для начала в углу сада моих родителей есть голова Барби, которую я зарыла, будучи ребёнком. Одному богу известно, что там ещё есть.
— Голова Барби? И в самом деле сокровище, — улыбнулся Винтер.
— Откуда тебе знать, — ответила я, — она могла быть коллекционной.
Из-за угла показалась небольшая группа ведьм в красных мантиях. Увидев нас, один из них тут же отделился от остальных и поднял руку в знак приветствия.
— Адептус Экземптус Винтер!
Винтер раздражённо зашипел, но остановился и подождал, пока ведьма нас догонит.
— Магистр Кирк, — официально поздоровался он.
Я посторонилась, с интересом наблюдая как Кирк, ведьма Третьего уровня, а значит, стоящий в иерархии выше Винтера, чуть ли не поклонился ему.
— Вы вернулись! — воскликнул он. — Я так рад! Мы невероятно по вам скучали. С нетерпением жду вашего мнения о моём последнем проекте. Отсутствие вашего участия — настоящее страдание. Понимаете, я пытаюсь объединить…