— Может и так, но имейте в виду, что полиция пытается проводить расследование и не дать ему об этом знать. Если бы у нас было больше времени, мы смогли бы чего-то добиться. Если бы мы распространили фоторобот этого человека, мы бы определённо добились.
Я вздохнула.
— Но если мы это сделаем, мы выпустим на свободу настоящий ад. А что по поводу переадресации почты? Письма членов ковена должны были куда-то уходить. Они не могли раствориться в воздухе.
— Все письма отправлялись на абонентский почтовый ящик. Полиция вычислила, что зарегистрирован он на подставное лицо, — Ипсиссимус помрачнел. — Мистер Риппер.
(Риппер — это Потрошитель (Jack the Ripper, Джек Потрошитель), но вместе с тем это может быть просто фамилией, — прим.)
Я закатила глаза.
— А он слишком изобретателен, да?
Винтер вскинул голову.
— Ты назвала его Чёрная Борода, потому что у него… чёрная борода.
Туше.
— Я здесь, — услужливо сказал Мэйдмонт, — потому что изучал нулей. Мне удалось отследить нескольких исторических личностей, кто в прошлом могли быть нулями. А могли не быть. Это довольно интересно.
Я вскинула брови.
— Есть родословная, которую можно отследить?
Он ссутулился в кресле.
— Нет. Похоже, что это происходит случайным образом. По правде говоря, нулей было недостаточно, чтобы мы располагали подтверждёнными сведениями о них. Вероятно, поэтому мы ничего о них не знаем. Проблема в том, что отсутствие подтверждённых сведений о них не подтверждает отсутствие нулей.
Мы погрузились в молчание. Должен быть какой-то способ решить проблему настоящей личности Чёрной Бороды. Винтер, Мэйдмонт и Ипсиссимус были супер-умными, и я уверена, что если они хорошенько подумают, то найдут ответ.
Вместо того, чтобы бессмысленно утомлять свой мозг, когда здесь есть другие, чтобы сделать это за меня, я откинулась в кресле и зевнула. Прошедшие несколько дней были значительно энергичнее, чем я предпочитаю. Если бы не омерзительные чучела животных, я, вероятно, спросила бы Ипсиссимуса, могу ли расположиться здесь вздремнуть, но я не смогла бы уснуть под взглядом всех этих мёртвых глаз, таращащихся на меня, а зная меня, это о многом говорило.
Брутус, немного осмелев от того, что ни одно из чучел не дёрнулось, совершил вылазку к рогатому коту, настороженно принюхиваясь. Он поднял лапу и резко ударил его по голове, а затем попятился, словно отсутствие реакции чучела кота беспокоило его больше, чем то, что он выглядел как питомец доктора Франкенштейна. Почему кто-то решил, что таксидермия — это хорошая идея, было выше моего понимания. Я до чёртиков люблю Брутуса, но если он умрёт раньше меня, то либо окажется в яме в земле, либо…
Я вскочила на ноги.
— Питомцы!
Остальные встревоженно уставились на меня. Взгляд Винтера бегал из стороны в сторону.
— С кем ты на этот раз говоришь, Иви?
— С вами! Я говорю с вами! Слушайте, — сказала я, чувствуя, как по венам разливается экстаз волнения, что было крайне необычно. — Полиция проверила крематории, так?
— Все, что находятся в разумном радиусе от Дорсета и Дартмура, — ответил Ипсиссимус.
— Все крематории? — не унималась я. — Или только те, что для людей?
Мэйдмонт выглядел сбитым с толку, но Винтер немедленно ухватил мою мысль.
— Крематории для животных, — сказал он. — Температура, необходимая для сжигания тела собаки, должна быть такой же, как для сжигания человеческого.
Я кивнула.
— И хотя, уверена, у них есть строгие правила, вероятно, их проверяют не так часто, как крематории для людей.
— Их будет не так много, — сказал Ипсиссимус. — Не потребуется много времени, чтобы вычислить тот, что использовал Чёрная Борода.
— Как бы он протащил человеческое тело в погребальный сервис для животных?
Я покачала головой.
— Может, он работает в одном из них. Может, живёт рядом с одним из них, — пожала плечами я. — Не знаю. Но это стоит проверить.
Мэйдмонт поднялся на ноги.
— Дайте мне пятнадцать минут, и я выясню, есть ли том районе что-то, — пообещал он.
— Это может быть не в Уэймуте или в Дартмуре, — сказал Винтер. — Он использует разные локации, чтобы его не обнаружили.
— Но, — добавила я, — по той же причине он не стал бы ехать слишком далеко.
Мэйдмонт нахмурился.
— Вы же знаете, что я библиотекарь? Подобные исследования меня кормят. Я знаю, что искать.
Я усмехнулась.
— Прости. Мы доверяем тебе, Фил!
Он воздел очи к небу и ушёл.