Выбрать главу

 

***

 

— Как ты понял, что у тебя есть способности?

— Это долгая и неприятная история, — Антон взъерошил светлые волосы, скрывая за ними лицо.

— Что нужно сделать мне, чтобы понять, есть ли у меня эти способности?

 

Воронов долго смотрел на Агату, а потом протянул к ней руки. Золина посмотрела сначала на его ладони, потом в глаза, затем снова на ладони, и наконец, нехотя, вложила в них свои.

 

— Попытайся расслабиться, я знаю, что это трудно, особенно, в присутствии чужого человека, но ты попытайся.

 

Золина выдохнула, потом вдохнула, снова выдохнула и крепко сжала чужие ладони, смотря в голубые, с карими крапинками, глаза. Антон пытался коснуться своей аурой ауры Агаты, как можно медленнее, чтобы своей энергией не потушить её. Когда хватка Агаты ослабла, Антон еле слышно вдохнул — всё это время он старался не дышать, чтобы Золина не дёрнулась и не двинула ему. Пришлось бы начинать всё сначала, ещё и с синяком. В течение нескольких месяцев на её психику давило нечто, доводило, пугало, а теперь стало непонятно, кто же пытается с ней связаться. Это нечто медленно сливалось с ней, вливалось в сознание, нашёптывая, становясь частью личности, заставляя делать всё так, как ему нужно. Если так пойдёт дальше, то некая потусторонняя сущность заменит место личности в её теле.

 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Закрой глаза и ни о чём не думай, найди внутри себя самую горячую точку, затем самую холодную, забудь о внешнем мире, отрекись от проблем, соедини две эти точки. Не погаси горячую и не расплавь холодную, добейся равновесия.

 

Золина слушала тихий голос, следуя советам Антона. Она стала воздухом, энергией, силой. Ей хотелось кричать от тяжести и горя, давящих на сердце, но в какой-то миг стало легко. Чувства притупились.

 

Открыв глаза, она поняла, что оказалась в небольшом кабинете с заваленным бумагами столом. Через огромное окно с витражными стёклами, падал солнечный свет, а у дальней стены стояли два огромных сундука. Она была здесь впервые, но знала это место, знала, что ящики стола закрыты, а ключ есть только у неё — связка лежала в кармане — и она знала, что находится в сундуках. В одном из них — воспоминания, а в другом, закрытом наглухо, самые жуткие тайны, о которых знает только она сама, и которые больше никто не должен знать.

 

Из неоткуда послышался голос Антона:

— Попробуй найти что-то, напоминающее радио, телевизор, что-то воспроизводящее звук.

 

Оглядев кабинет, Агата заметила в углу старый деревянный проигрыватель. Подойдя к нему, она повернула золотую катушку и услышала звук помех, затем заиграла приятная успокаивающая мелодия. Золина прислонилась спиной к стене, скатилась на пол рядом с проигрывателем. Так хорошо и спокойно ей не было давно, она забыла, что её материальное тело сидит на полу комнаты, сжимая ладони Воронова.

Музыка закончилась. Агата повернулась к проигрывателю, чтобы снова повернуть катушку, но что-то остановило её.

Тишина.

Волоски на руках Золиной встали дыбом, по спине пробежали мурашки. Это была одна из тех разновидностей тишины, когда ты знаешь, что пустая квартира не совсем пустая. Ты точно помнишь, как закрывал дверь на замок, а до этого в комнате, кроме тебя, никого не было. С той стороны выжидали.  И Агата тоже ждала.

На секунду ей показалось, что она слышит дыхание и всхлипы. Рука, замершая на полпути к катушке, уже затекла и причиняла неудобства, но было настолько страшно шевельнуться, что Золину парализовало.

 

— Кто-нибудь, — тихий треск, — меня слышит?

 

Агата открыла рот, чтобы прошептать хоть что-нибудь, но голос отказал. Из горла выпал хрип и покатился по полу в тёмный угол. С виска на пол упала капля пота, тело потряхивало.

 

— Агата, — треск, — Агата.

 

Женский голос перебивался треском и шипением, казалось, что обладатель голоса находится в подвале или ванной комнате, где звук, встречаясь со стеной, возвращался обратно как бумеранг.

 

— Кто это?

 

Агата говорила тихим, готовым в любой момент сорваться, голосом, но была уверена, что её слышат.

 

— А кого ты хочешь услышать?

 

Хоть треск и не пропадал, голос стал гораздо чётче и ближе. Золина хотела ответить, но передумала.

 

— Я — твой проводник, связист, помогу общаться с теми, кто захочет общаться с тобой.