— Закрой глаза и расслабься, ты должна оказаться в том месте, откуда связалась внутренним голосом. Вспомни ту дверь, что вернула тебя в наш мир. На этот раз, мне нужно, чтобы ты вышла, а не вернулась.
Агата выдохнула и приготовилась отправиться обратно.
— В нашем глазу есть некое слепое пятно, которое мозг заменяет образами, тем, что хотим видеть. Мне нужно, чтобы ты увидела душой. Приготовься к тому, что тебя шокирует, навсегда изменит твою жизнь. Нужно, чтобы ты смотрела.
— Что если я не пойму на что смотреть?
— Какая по-твоему трава?
— Трава?
— Опиши мне её цвет, но глаза не открывай. Думай, смотри.
— Смотреть?
— Именно. Опиши цвет травы.
— Зеленый, такой… Почему мы говорим об этом?
— Что если я скажу, что трава красная?
— Но она зеленая.
— А вдруг мой зелёный для тебя красный? Или мой желтый твой белый?
— Хочешь сказать, что мы видим мир по-разному, то есть, нет людей, которые видят одно и тоже в одном и том же цвете.
— Умница. А теперь, когда твоё восприятие перевернулось, я хочу, чтобы ты вошла в Туман, а затем нашла дорогу к Александре.
Агата открыла глаза в большой зале. Пол, потолок и стены были выложены из мрамора, держа неимоверный холод в помещении. Обхватив себя руками, Золина заметила как пол мягко лижет туман, словно море, что омывает своими волнами берег.
Агата медленно вошла в него как в воду.
Сначала было только белое. Вытянув руки вперёд, она передвигалась как зомби, не хватало только зловещего завывания: «Мозги-и». Она шла долго, но недостаточно для того, чтобы устать. Наконец, она вышла к дому. Маленькому домику среди леса, как остров, окруженный водой, сад дома был окружён туманом.
Агата не могла понять был сейчас день, вечер или ночь. Для неё всё было светлым, не как при свете солнца, а как при искусственном белом освещении.
Золина вошла в дом.
Работал телевизор, на кухне гремела кастрюлями белая тень, на диване сидели две тени, судя по жестам, разговаривали, не обращая внимание на технику.
Она не знала, что ищет, но поднялась по лестнице на второй этаж, замерев в коридоре. Четыре двери.
Прислушавшись к своей интуиции, Агата подошла к последней двери с правой стороны, осторожно повернула ручку, вошла внутрь.
В комнате находились белая и серая тень, разговаривали. Золина прошла по комнате, остановилась напротив шкафа. Ей показалось, что она чувствует знакомый запах. Она не могла вспомнить, что это, но он определённо был из её мира. Принюхиваясь, Агата подошла к кровати, опустилась на покрывало, легла, утыкаясь носом в подушку и делая глубокий вдох.
Апельсин и перец чили — любимый шампунь Сани.
По щекам потекли слёзы. Прижимая подушку к себе, Золина плакала.
Дверь открылась, в комнату вошла серая и серебристая, пылающая тень, которая так была похожа на описание ауры Павло. Агата встала, прижимая к себе подушку.
— Вам не кажется, что здесь холодно? — спросила Саня и закрыла окно. — Кстати, я всё хотела спросить, какого черта вокруг этого дома вечный туман?
Агата смотрела на неё, изменившуюся, но такую знакомую. Павло всё так же стригла волосы выше каре, подводила глаза чёрным карандашом, рисовала скулы и не красила ресницы. Но самое главное — она была нормальной.
Возможно, она наконец, нашла своё место. Просто, в жизни Агаты его для неё не было.
Стерев слёзы, Золина сжала плечо Сани, напугав её и всех, кто был в комнате, прошептала: «Привет, друг» и исчезла.
***
Антон смотрел на неё с любопытством, но вопросы задавать не решался. Агата понимала, что должна рассказать ему о своём «путешествии», но не могла.
— Я видела её, — выдавила Агата, сжимая в руках кружку с горячим кофе. — Она там другая, но будто та же. Этот мир был не для неё, а там, кажется, самое место.
Золина размещала кофе ложкой.
— Может, и мне здесь не место?
— Не говори так, — Антон покачал головой, пряча страх. — Твоё время не пришло.
Золина растянула губы в улыбке, но глаза её не улыбались.
— Она больше не мучается.
***
— Так это существо пропало? — Аксинья, сложив пальцы «домиком», сидела в своём кресле на чердаке.
— Не знаю, — Антон устало потёр глаза. — Я не видел, поддерживал переход, вымотался. Можно, я останусь у тебя?
Аксинья кивнула: — Завтра едешь к ней?
— Ещё нет, есть пара дел, да и нужно убедиться, что «переход» не повлиял на неё слишком сильно.