Именно тогда, когда я переминалась с ноги на ногу в крошечном шкафу в поисках чего-нибудь, что могло бы мне пригодиться, но не находила ничего, кроме хлама, я споткнулась о собственные ноги. Я с трудом устояла, схватившись руками за стену, и ожерелье из орхидей выскользнуло из-за воротника футболки.
«Ты не потеряна, Красная Шапочка. И ты не одинока. Если я тебе когда-нибудь понадоблюсь, просто шепни орхидеям, и я приду. В любое время. По любой причине».
Вот что сказал мне Коннер, подарив это ожерелье.
«В любое время. По любой причине».
Я сжала ожерелье в руке. Я могла бы позвать его, чтобы он вытащил меня из этой кладовки.
Подождите, нет, я не могла этого сделать. Коннер занят. Он участвовал в той эпической битве в Парке.
И в любом случае, было бы слишком неловко звать его в такую даль только потому, что я по глупости оказалась заперта в кладовке.
Нет, я должна сама себя спасти. Именно так и поступали Рыцари.
Я вспомнила, как Коннер делал моё ожерелье. Он напевал ту магическую песню, и весь этот хлам превратился в самое красивое ожерелье, которое я когда-либо видела.
Я осмотрела шкаф. Здесь было много всякого хлама. Что, если я тоже смогу превратить этот мусор в сокровище?
И я начала напевать ту же песню, что и Коннер. И к своему удивлению, я смогла придать металлу форму, как это сделал он, с помощью разума и магии. Повинуясь инстинкту, я поменяла несколько нот в песне местами, и вместо ожерелья сделала ключ.
Это был самый уродливый ключ, который я когда-либо видела, но он открывал дверцу кладовки.
«Может быть, попрактиковавшись, я когда-нибудь тоже смогу делать красивые вещи», — подумала я, спеша по коридору обратно в гараж.
Метаморфы были там, но и Смотрители тоже. Один из Смотрителей был одет в такую же чёрную форму, как и остальные, но без шлема. И в руках у него был планшет. Должно быть, он детектив, самый худший из всех Смотрителей. Они не оставляли скрытой ни одну тайну, какой бы маленькой она ни была.
Детектив беседовал с Метаморфами, в то время как Смотрители загружали все улики в Большого Боба. Грузовик пережил взрыв, отделавшись лишь несколькими вмятинами и царапинами.
— Что вы делаете? — потребовал Райтан, сердито глядя на Смотрителей.
— Одалживаем твой грузовик, — ответил детектив. — У тебя какие-то проблемы с этим? — он выгнул брови, бросая Райтану вызов попытаться остановить его.
Плечи Райтана опустились. Гневный огонёк в его глазах погас. Он, должно быть, знал, что эта битва проиграна.
— Выезжайте, — приказал детектив Смотрителям, махнув рукой.
Один из Смотрителей запрыгнул на водительское сиденье. Двери гаража открылись.
Пристальный взгляд детектива скользнул по комнате и остановился на мне, как магнит.
— Что ты здесь делаешь, Ученица?
— Это Саванна Винтерс, — сказал ему один из Смотрителей.
— Та самая Саванна Винтерс? — тон детектива вызвал у меня неподдельное желание узнать, что же говорили обо мне Смотрители во время своих тайных встреч внутри Чёрного Обелиска.
С другой стороны, я, вероятно, не хотела этого знать. Может быть, у них в комнате отдыха висела доска для игры в дартс с моей фотографией на ней. В конце концов, я всегда оказывалась рядом, когда случалось что-то странное. И если и было что-то, что не нравилось Генералу и Смотрителям, которые на него работали, так это странные выходки, которые происходили в их владениях.
— Почему я не удивлён, что Саванна Винтерс здесь? — детектив поднял глаза к потолку и вздохнул. — Это всегда Саванна Винтерс.
— Мы могли бы арестовать её и доставить к Генералу, — предложил Смотритель.
Я бы определённо проголосовала против этой идеи. Не то чтобы у меня было право голоса.
— Нет, у Генерала есть более неотложные дела, — детектив снова вздохнул. — Я просто возьму у неё показания, и тогда мы сможем убраться отсюда.
Снятие моих показаний не заняло много времени, поскольку в основном они сводились к следующему: «Кто-то пытался взорвать нас всех. Нет, я не видела, кто именно. И я также не знаю, почему они это сделали».
После этого детектив и его группа Смотрителей уехали на «одолженном» грузовике.
А Райтан и его команда окружили меня.
— Не помню, чтобы я разрешал тебе покидать свой чулан, малышка, — Райтан махнул своим людям, чтобы они подходили ближе.