Она положила руку мне на плечо.
— Нужно же с чего-то начинать.
— Да, ты права, — я улыбнулась ей. Мне нравилась Козерог. Она была такой настоящей. — Могу я предложить начать с этого? — я указала на беснующегося зверя. Судя по тому, как он шарахался вокруг, он всё ещё ничего не видел. — Пока он не причинил кому-нибудь вред.
— Действительно, — Козерог взмахнула рукой, и все шесты от разбитых палаток полетели в монстра, как копья.
По чешуйчатому телу существа разлилось яркое золотое сияние. Воздух внезапно стал как будто заряженным, наэлектризованным. Мою кожу начало покалывать. В ушах раздался гул, глубокий и настойчивый. Покалывание стало острее, а жужжание громче.
Пока из Бросака не вырвались щупальца молний, поразившие шесты. В одно мгновение все они превратились в дым.
— Что это за магия? — ахнула я.
— Такая, которую трудно убить.
Козерог схватила с земли кусок ткани от палатки и со свистом обернула его вокруг себя, как накидку. Когда она закружилась на месте, ткань охватило пламя. Его песня была больше похожа на рёв, чем на потрескивание. Она становилась всё громче и громче. Как только она достигла своего огненного апогея, Козерог отпустила ткань. Та скользнула к Бросаку, мощная, но терпеливая, как ястреб, кружащий над своей добычей.
Монстр замахнулся на неё. Ткань зашипела, сворачиваясь обратно. Медленно, медленно, медленно… Она хлестнула, как хлыст, опалив зверю плечо. Бросак взревел от гнева и агонии. Что-то ужасное и ядовитое хлынуло у него изо рта — всё зелёное и дымящееся, воняющее желудочной кислотой и разлагающимися отходами. Когда это облако коснулось ткани, оно мгновенно проело её насквозь.
— Это нехорошо, — пробормотала Козерог, встряхнув руками. На них появилось несколько искр, но они тут же погасли. — Совсем не хорошо.
Существо топнуло одной из передних лап, как бык, готовящийся к атаке. В его глазах плясали обещания разрушения и смерти.
— Оно сильнее, чем должно быть, — сказала Козерог. — В этом Бросаке есть что-то особенное.
Тихий, неземной смех разнёсся по ветру.
— Это потому, что это вовсе не Бросак, — перед нами материализовалась призрак Никси. — Он только притворяется Бросаком, — сказала она призрачным голосом.
— Кто ты? — спросила её Козерог. — И откуда ты можешь это знать?
— Я Никси, — ответила призрак. — И я знаю это, потому что я умнее тебя. Но не расстраивайся. Я умнее всех, — она подмигнула мне. — Верно, Саванна?
Козерог посмотрела на меня.
— Этот призрак — твой друг?
Я не знала, как ответить на этот вопрос. Никси помогала мне в прошлом, но я не была уверена, что могу назвать её другом. На самом деле, я даже не была уверена, доверяю ли я ей. В ней было что-то такое, что приводило в замешательство.
— О да, мы с Саванной лучшие подруги, — сказала Никси, изогнув губы в медленной, вялой улыбке. — Её магия просто завораживает, тебе не кажется?
Козерог с любопытством посмотрела на меня.
— Давай меньше беспокоиться о моей магии, и больше беспокоиться об его магии, — быстро сказала я, указывая на монстра.
Он фыркнул, и из его носа вырвалась молния.
— Ты сказала, что это не Бросак? — спросила Козерог у Никси. — Тогда что это?
— Хамелеон, конечно же, — ответил призрак.
На лицо Козерога упала тень дурного предчувствия.
— Я так понимаю, это плохо? — спросила я у неё.
Никси ответила за неё.
— О, да. Хамелеон намного хуже Бросака. На самом деле, это один из самых опасных монстров во Множестве Миров, — она медленно свела руки вместе, улыбаясь нам сквозь переплетённые пальцы. — Но не волнуйтесь так сильно, девочки. Это будет весело.
Глава 3. Хамелеон
— Весело? — повторила я, еле выдавив это слово. — Как сражаться с одним из самых опасных монстров во всём Множестве Миров может быть весело?
— Ну, когда ты так об этом говоришь, ты, безусловно, убиваешь всё веселье, Саванна Винтерс, — ответила Никси, надув губки. — Думай об этом как о приключении, вызове…
— Самоубийственной миссии, — вставила Козерог.
— К сожалению, нет, — ответила привидение, и в её голосе прозвучало искреннее разочарование. — Потому что я уже мертва.
— Хватит! — прошипел Хамелеон. Это был уже не чешуйчатый волк с длинными клыками. Это была старая женщина, с лица которой стекала кожа, похожая на расплавленный воск. — Давайте просто покончим с этим. Я просто горю желанием убить вас.
Голос существа был нечеловеческим, неземным, ужасным. Когда оно заговорило, его слова были грубыми и отрывистыми. Они царапали мои барабанные перепонки, как наждачная бумага.