— Так вот как ты раньше пробирался в мой коттедж, — прокомментировала я, отключая жетон невидимости. Если я использовала его слишком долго, у меня начинало гудеть в ушах.
Голубые глаза Коннера блеснули.
— Я знаю, как входить и выходить из самых разных мест. Как ещё, по-твоему, я проник в Чёрный Обелиск на прошлой неделе?
— Не научишь меня этому фокусу с перемещением?
Улыбка озарила все его лицо.
— А что, Красная Шапочка, ты же не планируешь никаких тайных правонарушений, не так ли?
— Да, ты же меня знаешь. Такая повстанка, — сухо сказала я. — По крайней мере, так считает Генерал.
Он усмехнулся.
— Генерал назвал бы кого-нибудь Повстанцем за неправильно сложенную стопку бумаги.
— А есть какой-то неправильный способ сложить бумагу стопкой?
— По мнению Генерала, есть, — взгляд Коннера скользнул по комнате. — Итак, где этот небесный глобус?
— Я спрятала его в ящике для носков, — я сделала шаг к своей гардеробной, но замерла, услышав стук в парадную дверь. — Кто это? — выпалила я, и тут же зажала рот руками.
Коннер закрыл лицо руками.
Да, я была идиоткой. Вот вам и вся скрытность.
— Это Санта Клаус! — раздался голос моего брата из-за двери. — Открывай!
— Минутку! — я схватила Коннера за руку и потянула его к своей гардеробной. — Залезай, — прошептала я.
— Ты серьёзно пытаешься спрятать меня в своём шкафу? — прошептал он в ответ.
— Нет, конечно, нет. Я подумала, что должна представить лидера Повстанцев всем своим друзьям, — ответила я, закатывая глаза.
— Какая фантастическая идея, — он направился к входной двери.
Я схватила его за руку и прошипела:
— Ты что, с ума сошёл? У меня и так достаточно проблем с Генералом. Ты хоть представляешь, что он со мной сделает, если узнает, что ты был здесь, со мной, в моём доме?
— Но это не Генерал. Это Санта-Клаус, — указал он с озорной улыбкой. — Ты же слышала, как он сам это сказал.
Коннер попытался поднырнуть под мою руку, чтобы добраться до двери, но я преградила ему путь. Он не очень-то старался. Он был намного быстрее и сильнее меня и мог бы легко проскочить мимо, если бы захотел. Он просто мучил меня.
Я закатила глаза.
— Это не Санта Клаус, и ты это знаешь.
Он сделал вид, что хмурится, глядя на меня.
— Ты всегда была такой занудой, или участие в Программе Учеников просто лишило тебя способности веселиться?
— Это не весело. Ты мятежник и Повстанец, и тебе действительно, действительно не следует здесь находиться.
— О, я понимаю, — он одарил меня понимающей улыбкой. — Ты боишься, что люди узнают о нас.
— О нас? — слабо произнесла я, краснея.
— Ну, знаешь, что мы работаем вместе, — на его лице появилась ухмылка. — Или ты думала, что я имела в виду…
— В большинстве случаев, Коннер, я не имею ни малейшего понятия, что ты имеешь в виду.
Я снова взяла его за руку и повела обратно к своему шкафу. На этот раз он даже не сделал вид, что сопротивляется.
— Никто не должен знать, что я помогаю тебе, потому что ты Повстанец, и общение с тобой навлечёт на меня большие неприятности, хорошо? — сказала я ему. — Никто не должен знать. Даже мой брат.
Он просиял.
— Это твой брат стоит у двери? О, ты ни за что не удержишь меня от встречи с ним, — он снова бросился к двери.
Я его остановила.
— Ага, конечно. Ты и близко к нему не подойдёшь, — я свирепо посмотрела на него, давая понять, что не шучу. — Я не хочу, чтобы у него были неприятности.
Коннер изучил моё лицо и позу.
— Очень страшно, — решил он, одобрительно кивнув. — Смотри, у тебя даже рука горит.
Я посмотрела и увидела, что он прав. К сожалению, я была слишком взволнована, чтобы радоваться своим новым способностям.
— Привет, Саванна! — позвал Данте из-за закрытой двери. — Что там происходит? Открывай!
— Одну минутку. Я просто разбираюсь с… женскими проблемами.
— Э-э… ладно, — судя по тону Данте, он не хотел иметь с этим ничего общего. — Не торопись.
Тем временем Коннер сотрясался от сдерживаемого смеха.
И горела не только моя рука. Моё лицо тоже пылало.
— Залезай в шкаф, или я заставлю тебя залезть в шкаф, — прошипела я Коннеру.
По моей коже заплясали язычки пламени. Огонь отлетел, задев его.
Он спокойно стряхнул пламя со своих плеч.