— О, ты помнишь, что я тебе вчера говорил? — Коннер выглядел очень довольным.
— Трудно забыть, как я потеряла сознание на диване.
— Ты потеряла сознание? — Като перевернул блинчики. — Ты слишком сильно её нагрузил, Коннер.
— Эй, мы должны были действовать быстро. Кто-то должен был спасти твоих драгоценных Смотрителей, пока их не затянуло в Склон Теней. Или куда похуже. Ты знаешь, как это работает, Като. Чем дольше ты остаёшься невидимым, тем больше риск того, что тебя затянет в Склон Теней… или даже в более глубокие, более угрожающие измерения.
Я поморщилась.
— Это звучит опасно.
— Вот тут-то и пригодится магическая выносливость, Красная Шапочка. Пока ты невидим, ты находишься в области, зависшей прямо над пространственным разделением. Тебе нужно использовать свою магию, чтобы закрепиться там, чтобы тебя не затянуло вниз, — он взглянул на Като. — Я думаю, мы все можем согласиться с тем, что Смотрители не обладают магической выносливостью. Поэтому, как только эффект от начального заклинания исчезнет, они очень быстро погибнут.
Като крутанул лопатку в руке.
— Забудь о Смотрителях.
Коннер рассмеялся.
— Смотри, чтобы Генерал этого не услышал.
— Я серьёзно, Коннер. Тебе нужно лучше заботиться о Саванне. Вчера было опасно так давить на неё. Из-за тебя она могла впасть в кому. Есть причина, по которой мы не давим на Учеников слишком сильно и слишком быстро. Им нужно время, чтобы магия духов окрепла.
— Да, но она не похожа на других Учеников, не так ли?
Като бросил на меня быстрый взгляд.
— Он знает?
— Если ты спрашиваешь, знаю ли я, что она обладала магией до Слияния, то да, я намного опередил тебя, бро. Я познакомился с ней до Слияния. На самом деле, я видел, как происходило Слияние.
— И ты мне не сказала? — Като посмотрел на меня так, словно я задела его чувства.
И это задело меня.
Коннер закатил глаза.
— Не надо так драматизировать, Като. Я попросил её никому не рассказывать обо мне. Я подумал, что как только ты узнаешь, что я был где-то рядом с ней, ты бросишься спасать её, как идеальный прекрасный принц, каким ты и являешься.
— Перестань называть меня так. Я не идеален, — Като положил мне на тарелку четыре маленьких блинчика.
— Конечно, идеален. Ты идеальный Рыцарь, — Коннер посмотрел на блинчики. — Точно так же, как это идеальные блинчики.
— В этом он прав, — сказала я, откусив кусочек. — Эти блинчики восхитительны. На самом деле, это лучшие блинчики, которые я когда-либо пробовала в своей жизни.
Като одарил меня улыбкой, которая была даже лучше, чем его блинчики.
— Осторожнее, Красная Шапочка, — предупредил меня Коннер, хватая блинчик со второй сковороды. — Не потакай его самолюбию, — он откусил кусочек.
— Ну что? — спросил Като, приподняв брови.
— Думаю, с ними всё в порядке, — Коннер переложил оставшиеся блинчики себе на тарелку.
— По-видимому, ты считаешь их не просто вкусными, — холодно заметил Като.
Коннер пожал плечами.
— Я всё же думаю, что с большим количеством сахара они были бы вкуснее.
Като передал ему вазочку с сахарной пудрой.
Глаза Коннера расширились.
— Я беру свои слова обратно, — он посыпал блинчики сахарной пудрой. — Ну, по крайней мере, слова за последние пять минут.
Блинчики, приготовленные Като, были настолько вкусными, что до конца завтрака никто из нас не проронил ни слова. Мы были слишком заняты едой. И я ела дольше и больше, чем они оба. Я была счастлива позволить им спланировать наш поход, пока я планировала своё блинное завоевание.
— Подожди, что ты делал в её шкафу? — Като перебил Коннера.
— Хм, может, мне стоило начать эту историю с самого начала.
— Ты думаешь?
— Итак, я был в её шкафу и искал небесный глобус, который обронил один из Тамплиеров.
Като нахмурился.
— И ей нужно было, чтобы ты достал его из её шкафа?
— Нет, я искал его, потому что мне было скучно после того, как она запихнула меня в шкаф. Она может быть довольно настойчивой, когда захочет.
— Да, но почему?
— Я не знаю, — Коннер одарил его ангельской улыбкой. — Может быть, она научилась этому у тебя.
— Нет, — произнёс Като с натянутым терпением. — Я имел в виду, почему она засунула тебя в свой шкаф?
Уголок рта Коннера дёрнулся.
— О, ну, она не хотела, чтобы её брат видел меня в её доме. Не могу представить, почему. Я очаровательный парень, — он слизнул сахарную пудру с пальцев.
— Да, я думаю, моему брату гораздо веселее дразнить меня из-за моих «бойфрендов», чем обнаружить настоящего бойфренда в моём доме, — вмешалась я.