Глава 4. В поисках книги заклинаний
Я окинула оживлённую улицу долгим настороженным взглядом.
— Так ты уверен, что Смотрители больше не ищут меня?
— Я уверен, — ответил Като.
После завтрака Коннер пошёл проведать других Повстанцев. Тем временем мы с Като рыскали по Магическому Эмпориуму в поисках госпожи Миты. Её палатка недолго оставалась на одном месте. Мы искали её большую часть дня. Солнце уже давно село, а мы всё ещё не нашли её.
— Я позвонил в Чёрный Обелиск. Теперь, когда Смотрители вернулись, они смогли просмотреть вчерашние записи с камер наблюдения, — продолжил Като. — Из них видно, что Повстанцы вырубили тебя и вывезли из Чёрного Обелиска против твоей воли.
— Бьюсь об заклад, Генерал был разочарован. Ему нравится видеть во мне источник всего, что идёт не так в его жизни.
Толпа расступилась перед нами — или, точнее, перед Като. В своих сверкающих белых доспехах он выглядел довольно героически и, возможно, даже немного устрашающе. Он был лучом света в этот мрачный, серый день.
— Скоро Генерал увидит в тебе человека, который всё делает правильно, — сказал Като, направляясь прямо к большой луже, преграждавшей ему путь. Вода расступилась перед ним, оставив сухую дорожку, достаточно широкую для нас обоих. — Когда я предъявил ему показания, снятые с небесного глобуса, я объяснил, что это ты забрала его у Тамплиеров в тот день в парке. И именно так мы узнали, что похитители прибыли сюда откуда-то из Множества Миров. Генерал извлекает большой политический капитал из этого маленького факта. Он использует это как оружие против Фенриса в их жарких новостных дебатах.
Когда дождь усилился, я плотнее закутала голову в дождевик.
— Я и не подозревала, что у Генерала есть политические устремления.
Като взмахнул своей ХУНУ, превратив её в огромный белый зонт, который и вручил мне.
— Железный Волк не только отдаёт приказы и выслеживает Повстанцев.
— Так ты хочешь сказать, что он сложный человек?
— Да.
Я наблюдала, как двое Смотрителей бежали по соседней улице.
— Означает ли это, что Генерал прекратил охоту на Повстанцев?
— Нет. Он не настолько сложный. Он всё ещё охотится на них.
— Несмотря на то, что Повстанцы помогли Смотрителям?
— Он всё равно им не доверяет.
— Полагаю, Генерал не сторонник философии «враг моего врага — мой друг», — прокомментировала я.
— Нет, в его случае это звучит скорее как «врагу моего врага лучше убраться с моего пути, или я проткну его насквозь».
В животе у меня заурчало.
— Что это было? — спросил Като, оборачиваясь, словно ожидая нападения.
Я покраснела.
— Это был мой желудок.
Его закованная в броню рука метнулась вперёд.
— Вот, — он разжал мои пальцы — металл соприкоснулся с кожей — и положил что-то мне на ладонь.
Я посмотрела и увидела, что это какой-то энергетический батончик, аккуратно завёрнутый в блестящую серебристую упаковку. Я открыла упаковку и откусила кусочек. Батончик таял у меня во рту и по вкусу напоминал клубничный чизкейк.
— Мммм, это так вкусно! — я расправилась с ним пятью жадными укусами, затем бросила на него отчаянный взгляд. — У тебя есть ещё такие?
Он достал ещё один энергетический батончик из отделения в своей броне. Блестящая металлическая упаковка закуски была идентичной, за исключением того, что на этот раз она была золотой, а не серебряной.
— Спасибо! Я умираю с голоду! — я выхватила батончик у него из рук и разорвала обертку.
— Да, я это вижу, — в его голосе слышалось веселье. — Знаешь, если ты хочешь стать Рыцарем, тебе нужно научиться есть с бОльшим достоинством.
Я была слишком занята, запихивая в рот энергетический батончик, чтобы обращать внимание на то, что он говорил.
— О-о-о, кажется, этот мне нравится ещё больше!
На вкус он напоминал брауни с ванильным мороженым.
— У вас, Рыцарей, всегда вкусная еда, — сказала я ему, вытирая шоколад с лица.
Он наблюдал за мной.
— Ты пропустила одно место.
— Где?
— Практически везде.
Он сказал это таким невозмутимым тоном, что я не удержалась от смеха. Затем он галантно предложил мне носовой платок, чтобы я не выглядела как «шоколадный монстр».
— Вау, я чувствую себя намного лучше. У меня стало намного больше энергии, — сказала я, выбрасывая использованные обёртки в мусорное ведро. — На самом деле, может быть, даже слишком много энергии, — мои руки дрожали, когда я протягивала ему платок обратно.