«Зачем столько думать? Даже если он и принц какой-нибудь страны, это не имеет ко мне никакого отношения».
Фэн Фэй Юнь использовал девять талисманов Пещеры Смертной Жизни и прошел сразу к девяти древним деревьям перед девятью пагодами.
От начала и до конца, Фэн Фэй Юнь так и не увидел Безупречного Молодого Дворянина.
Внутри золотого дворца были опущены белые занавеси. Молодая женщина, одетая в императорскую одежду купалась с Безупречным Молодым Дворянином. Он лежал в горячем роднике посреди тягучего тумана; никто не мог четко увидеть его внешность.
Служанка, которая привела Фэн Фэй Юня к буддистскому двору, тоже подошла к ним, и почтенно встала на колени рядом с горячим родником.
«Он уже зашел?»
Спросил Безупречный Молодой Дворянин.
«Да!»
Равнодушно ответила служанка.
«Поскольку появились все девять талисманов, то буддистская мантия и буддистское сокровище тоже появятся. Кажется, что живой мертвец в Горах Джин Хуань и вправду вернется к жизни. Хотя Храм Смертной Жизни пробыл под землей тысячу восемьсот лет, снова поднимется»
«Такое большое событие встревожит все большие мощи Великого Южного Региона. Многие сногсшибательные красавицы придут — такое забавный ажиотаж, этот Молодой Дворянин точно этого не пропустит».
Безупречный Молодой Дворянин хотя и дал понять, что ему нужны лишь превосходные красавицы, сильные перемены в Горах Джинг Хуань не ограничат дело лишь красавицами. Он также хотел духовных сокровищ, которые были закопаны более тысячи лет назад.
Это будет великой бурей драконов и тигров. Силы отовсюду выйдут на сцену.
«Восьмой старейшина семейства Фэн требует аудиенции. Я прошу Безупречного Молодого Дворянина появиться»
Громовой голос прозвучал за пределами особняка, заставив золотой дворец затрястись.
Безупречный Молодой Дворянин вел себя так, словно ничего не слышал.
Ему было очень лень, чтобы сказать хоть слово. В действительности, он редко разговаривал с мужчинами. Его слова были лишь для ушей женщин.
Восьмой старейшина проследил за Фэн Фэй Юном до этого места и знал, что Фэй Юнь зашел внутрь особняка.
Восьмой старейшина уже слышал слухи об особняке. Он знал, что владельцем был загадочный человек с сильной поддержкой, так что он не забежал внутрь.
Спустя долгое время ответа так и не последовало, и восьмой старейшина снова сказал:
«Фэн Фэй Юнб предатель нашей семьи Фэн. Безупречный Молодой Дворянин ты не должен защищать этого предателя!»
Восьмой старейшина семьи Фэн тем, кто всегда соответствовал своему статусу, таким образом он редко появлялся. Однако, когда он покажется, многие люди будут рады ему, и он никогда не сталкивался с таким разочаровывающим приемом, как сегодня.
«В таком случае, этому Фэну придется провиниться».
Восьмой старейшина медленно прошел вперед и раскрыл кулак. Черная энергия распространилась из его руки и превратилась в виток ветра, который наконец, проявился в реальности.
Семь Килинов силы!
Голова каждого килина была высотой в несколько чжанов — как маленькая гора. Все семеро вылетели одновременно и проломились через пространство. С силой десяти тысяч войск, он мог легко превратить этот особняк в руины.
Семь Килинов силы были силой шестисот сорока тысяч джин. Это была не вся сила восьмого старейшины.
Поскольку Фэн Фэй Юнь заимствовал силу у Вечного Духовного Кольца, он мог лишь выпустить силу четырех Килинов, что равнялось восемьсот тысячи джин. Эта разница в силе была воистину несравнимой.
«Бум!»
Однако эти семь Килинов силы даже не сумели дойти до передних ворот, прежде чем их уничтожила пальмовая ветвь из золотого дворца, расколов их в пыль.
Эта пальмовая ветвь имела непревзойденную силу и проломила Килинво и без оглядки ударила восьмого старейшину.
«Бум!»
Восьмому старейшине пришлось сделать три шага назад, чтобы встать ровно. Он оставил три длинных следа от ноги.
«Этой ночью этот Молодой Дворянин устал и не хочет шевелиться. Твоя семья Фэн не должна меня провоцировать. Иначе, я начну бойню»,
Голос Безупречного Молодого Дворянина был бескрайним, как туман в облаках — совершенно бездонный.
Безупречный Молодой Дворянин все еще был молод, но его культивация была уже невероятно глубокой. Хотя кулак восьмого старейшины был ранее не в полной мощи, соперник мог отразить его. Это достаточно говорило об его истинной силе