Второй человек говорит: «Птицы, о которых я забочусь, не принадлежат мне. Они не заперты в клетках и живут на свободе. Я счастлив, потому что знаю, что они со мной, не потому что их вынудили прутья клетки, а потому, что они выбрали это сами. Я счастлив, потому что вижу, что они живут так, как хотят, летая на свободе. Ваши птицы, мой друг, умирают от печали, потому что они не свободны. Откройте ваши клетки, чтобы они могли свободно летать, и они будут жить, потому что они станут свободными и счастливыми». Первый из них отвечает: «Если я открою клетку, то они улетят, и я никогда их больше не увижу!» Второй же твердит ему: «Если они улетают, то только потому, что удерживались против своей воли и поэтому бегут от того, что для них является жизнью в рабстве. Мои птицы не бегут от меня, потому что знают, что они могут свободно прилетать и улетать, когда им это заблагорассудится. Наоборот, когда они видят, что я прихожу в парк, они сразу приближаются ко мне, кружат и садятся на меня». Первый из них говорит: «Это то, что я хочу. Чтобы мои птицы любили меня». Второй говорит: «Вы никогда не добьетесь этого силой. Вы ошеломили их удобствами, чтобы компенсировать недостаток того, что они жаждут больше всего — летать на свободе. Если вы действительно любите их, позвольте им жить свободной жизнью».
И кто из них любит, а кто чувствует привязанность?
Тот, кто чувствует привязанность, хочет, чтобы птицы жили в клетке. Тот же, кто действительно любит птиц, хочет, чтобы они были свободными.
Можешь ли ты привести пример того, как через привязанность нарушается свободная воля другого человека?
Конечно. Например, привязанность матери, которая удерживает своих детей рядом с собой, когда они уже повзрослели и хотят быть независимыми от нее по различным причинам — либо потому, что нашли партнера, либо потому, что хотят учиться или работать вдали от дома и так далее. Мать, которая испытывает привязанность, будет пытаться навязать необходимость того, что ей нужно быть рядом с ними, не уважая их желание жить независимо, своей жизнью. Если у нее не получится этого добиться, она будет испытывать душевную боль и даже будет говорить своим детям, что они ее не любят, чтобы заставить их почувствовать себя виноватыми и тем самым удержать рядом с собой. Существует также привязанность и у отца, который требует, чтобы его дети посвятили себя той или иной профессии, чтобы они следовали такой-то и такой-то карьере, если они не хотят лишиться наследства. Или привязанность юноши, который говорит своей подруге о том, какую одежду она может и не может носить, в какое время она должна приходить и уходить из дома, с кем она может и не может общаться. Эта фальшивая любовь или привязанность — она как цепь, как клетка, которая лишает свободы того, кто является ее объектом, превращая в тюремщика того, кто ее испытывает, точно так же, как человек удерживающий птиц в клетке, страдает от привязанности, не живя сам и не давая жить другим.
Мне показалось логичным, когда ты сказал, что через привязанность мы вредим свободной воле других людей, но меня удивило, когда ты сказал, что через привязанность мы также можем нанести вред собственной свободной воле. Можешь ли ты привести пример нарушения свободы воли, когда мы чувствуем привязанность?
Да, конечно. Например, это происходит тогда, когда у той же самой матери (из предыдущего примера) не получается реализовать то, что требует от нее ее внутренняя сущность, например, тратить время на то, чтобы помогать другим людям вне семьи. Делая так она будет считать, что пренебрегает своими близкими, например, своими детьми или мужем. Если эта женщина не преодолеет свою привязанность, она будет испытывать чувство вины даже в том случае, если она будет заниматься тем, к чему у нее лежит душа. В конечном итоге, она может даже перестать этим заниматься и все из-за этого чувства вины.
Это последнее проявление привязанности, которое ты описал, на самом деле меня удивляет, так как обычно люди, которые сильно увлечены своей семьей, как правило, считаются очень любящими.
Верно. Это происходит потому, что привязанность глубоко укоренились в вашей культуре и ее часто путают с любовью. Многие люди вынесли это из воспитания, которое они получили и которое укоренилось в них настолько, что они считают это частью собственной личности. Жена будет чувствовать себя виноватой, если она не посвящает все сто процентов своего времени мужу, детям или своей работе. Когда она проводит время с другими людьми, за пределами семьи, то она рискует стать объектом сплетен членов семьи, которые, уверяя ее, что это для ее же блага, будут пытаться заставить ее чувствовать себя виноватой, говоря что-то вроде: «Ты любишь этих людей больше, чем членов своей семьи» или «Что ты там забыла? Твое место здесь с твоими родными» или «Что люди подумают о тебе!» Хотя традиционно мужчина имеет большую свободу, но он также не свободен ни от чувства привязанности, ни от окружающих, обвиняющих его, из-за привязанности, в том, что он проводит время, помогая другим людям, не являющиеся частью его семьи, его круга друзей, его народа или культуры, особенно, если при этом он не собирается получить в результате этого какую-либо экономическую выгоду.