Этой осенью в городе Тверь псилоцибиновый бум. Необычайно дождливый климат в сочетании со спорадически выпадающими, но очень жаркими днями (t° под 30) вызвал к жизни внештатное поголовье псилоцибиновых поганок. Во всех молодёжных тусах только и разговоров что о грибах. Делятся на кланы. От категорических отрицателей до фундаменталистов. Грибы жарят на сковородке с подсолнечным маслом, настаивают на кипятке (говорят, так вставляет уже через 10—15 мин.), просто едят, закусывая чёрным хлебушком или запивая водичкой.
Мы подходим к нашему «связному» по кличке Пятак. Далее, уже вместе с ним, перемещаемся к многочисленной группе пиздюков на бульварной скамейке. Пятак вычленяет из толпы приземистого, похожего на гнома, вроде того, что скачет в киносрани «Властелин колец», чувака. Остальные понимающе кивают сине-зелёными головами — звенят мириадами колец в губах и невидимых глазу гениталиях. Возрастная категория от 12—15 лет. Матерь божья, что МЫ делаем в этом детском лягушатнике?! Младшему из нас 22. Старпёры, а всё туда же…
Нашего дилера зовут Огурец. Делаю зарубку на коре головного мозга — запомнить погоняло на будущее. Он в оранжевой футболище 60-го размера и штанах, в которые можно целиком запихнуть Шакила О’Нила. Неужели все они слушают рэп?
— Почём? — спрашивает Пятак.
— По рублю, — отзывается Огурец.
Всё происходит на глазах у стоящего неподалёку патруля ментов. Интересно, они в курсах или им на всё похерить? Мы двигаемся за нашими проводниками-сусаниными под арку, в «сталинский» зассаный дворик. Осторожность тоже не помешает. Мы — это Бильярдо, Болезный, и я. Я достаю из-за пазухи промоченный потным волнением стольник. Взамен получаю свёрнутый из тетрадного листка «в клеточку» плотный, с сыроватыми жёлтыми пятнами от пигмента, пакет. Все облегчённо вздыхают и закуривают. Между Пятаком и Огурцом завязывается делёжка опытом. Нам остаётся только олигофренически улыбаться слушая их.
— Это какие? — интересуется Пятак
— Мигаловские. Нормально вставляют.
— А мы вчера с моей скво в Змеёво ездили. Те послабже. Я на них уже 3-тью неделю висну. Меньше, чем 150 шт. не забирают.
— Я вчера Мигаловских обожрался. С нашими на хату пошли. Думали, как всегда на выходной, групповуху устроить. Ну, а я-то уже под ними. Пива глотнул — и чё-то сплохело. t° 40. Всей туснёй меня аспирином UPSA отпаивали. Думал сдохну, до того обосрался.
— Бывает…
— Я вам ещё по дружбе отдал. У меня тут цыгане, которые золото скупают, хотели 300 шт. за 2 косаря взять. Ну, давайте, пацаны, не перебирайте особо.
— Счастливо.
Огурец уходит не спеша к своим разукрашенным корешам.
«Ну, чё, как договаривались что ли?» — глядя в сторону, вопрошает Пятак. Я медленно разворачиваю пакет. Ебать-ковырять! Какие же они огромные! Со школьного тетрадного листа на меня смотрят грязноватые, величиной около 12-ти сантиметров каждый, с продрисью фиолетового по краям шляпок, ядовитые обрубки. Может, высокооктановое топливо на этом Мигаловском аэродроме так на них влияет? Дрожащей от страха за свою жизнь дланью я протянул Пятаку этих монстров. Пятак сноровистой рукой отсчитывает себе 10 стеблей, собирает их в горсть и, закинув в рот, методично жует челюстями с видом китайского резанного по черепаховой кости Будды.
— А как же шляпки? — спросил я.
— Себе оставьте. Я сегодня уже 4-тый раз закидываюсь. Да ещё водку пил, — натянув поглубже на голову потрёпанную бейсболку, Пятак сует руки в штаны с многочисленными накладными карманами, ненароком обнажив на предплечье тату в виде свастики, и отчаливает с отрешённым взглядом куда-то по своим делам.
Приём решено было отложить на завтра.
***
У меня дома. Сидим на кухне. Где-то в квартире ходит сестра. Для конспирации, как учил В. И. Ульянов в учебнике для чтения из моего детства, я пускаю струю воды в раковину. Посреди стола тарелка. Полнёхонька. Готовые к употреблению, похожие на гигантские трупики фиолетовых сперматозоидов, сгустки мицелия.
— Ну… и как их хавать? — спрашивает меня Биль. — Они ж все в песке…
— Берёшь и жрёшь, — говорю я. — Ну, если хочешь, можно водой промыть.
Я беру дуршлаг, в котором обычно мою спагетти, и вываливаю в него кучу из тарелки. Хм-м, если б это дерьмо продавали свободно, как макароны, на развес, или в целлофановых пачках с надписью: «Приятного вам трипа!», их бы и в голову не пришло никому лишний раз потреблять. А так — запретный плод сладок. Философия в нагрузку. Кастанеды, Доны Хуаны, Greatful Dead’ы всякие.
Пока промываю, рассказываю пацанам предысторию:
«Давно уже к ним тянуло. Ну, сами сечёте. Религиозный аспект, шаманство всякое. Пошли тоже раз с чуваками, — кто-то ляпнул, что в Комсомольской Роще их можно надыбать. Как выглядят, не знаем. Делать нечего, ходим, собираем все подряд, какие по описаниям подходят. Жрём тут же, не отходя от кассы. Час собираем, два. И чёрные, и зелёные, и уж совсем ядовито-золотые. Походим — поблюём, походим — поблюём. Устали. Ещё мужик всё мимо нас по тропке бегал, круги нарезал. Спортсмен, наверное. Марафонец. Короче, пока на бледную поганку не напоролись, лучше, думаем, наберём тех, что показистее и поедем к специалисту. Знал я одного. Лёха-Грибник. Он ещё на заре 90-тых увлекался. Его один мастер питерский 3 года обучал, ещё когда вся байда эта у нас в стране только попёрла. Рэйв-революция, кислотные вечеринки, журналы про электронную музычку. В общем, приходим к нему, он глянул одним глазком, и говорит: „Вон, мусорное ведро стоит — туда и бросайте“. Мол, отстой это всё. А мы там полдня проползали. Как лохи. У него ещё дома какие-то бабы сидели и чел лет под 50. Я сначала подумал это батька Лёхин. Ну, разговор, ясно дело, о грибах зашёл. И тут чел этот как понёс, как понёс! Типа: грибы они сами знают, кому в руки даваться, наблюдают за собирателем из-за кочки или из-за куста какого-нибудь, и думают — „отдаться ему или нет?“ Бабы они что ли, чтоб отдаваться? Думали, на понта берёт, оказалось, нет. По нáтуре мужик… того. Про собаку рассказал свою, с которой под грибами разговаривает. Но я думаю, тут первобытный пласт психики задействуется, мы же все по сути звери. И других зверей тоже понимать могём. Только не помним, как это. Короче, так и не попробовали тогда грибков. Ну, чё, давайте хавать что ли…».