Скрипит на зубах песок. Жуём. На вкус — заплесневелые шмотки из сэконд-хэнда. Тактильно — эластичные трубочки капельниц для внутривенных вливаний, постепенно нисходящие на жидкую кашицу.
Минуты ожидания тянутся как кленовый сироп над блинами.
Болезный: Биль, ты чё притих?..
Бильярдо: Блевать слегка тянет.
Я: На вот — хлебом зажри или водой…
Протягиваю ему корку чёрного хлеба и плюхаю воды из-под крана. Говорят, минут 40—60 надо подождать. Все рассасываются кто куда. Болезный читает какую-то идиотскую статью про «Metallica» в журнале; Биль уставился в ожидании первых глюков на рисунок обоев в комнате; я принимаюсь укладывать одежду в шкафу, что обычно меня ни в жисть не заставишь делать. Нервяк. Включаю мафон и начинаю тихонечко притоптывать под музыку. Это одна из моих любимых вещей. Корифеи даунтемпо — «Fila Brasillia». Эк, приджазовали в этом месте ребята! Здорово! Понемногу музыка настолько захватывает меня, что я хватаю с кровати узорчатое покрывало и, накинув его себе на плечи, как индейский вождь пончо, изображаю ритуальный танец вселенского Счастья и Добра. Дружелюбные деревья за окном приветствуют меня взмахами ветвей. Они разговаривают со мной языком жестов для глухонемых. О да, Друзья, я вас прекрасно понимаю! Я посылаю Вам своё телепатическое послание в ответ! Да, я тоже люблю Вас! Деревья согласно закивали ярчайше-зелёными макушками — давая понять, что моя мысленная морзянка дошла до них без помех. Связь нормальная. Обрыва на линии нет. Приём. Блядь, чума какая-то! Сам не заметил, как отошёл. Неужели работает?! Надо проверить, как остальные.
Болезный по-прежнему читает журнал, но рожа его что-то подозрительно улыбчива. Он и так-то от природы не красавец, а сейчас, с раззявленным во всю ширь хавальником, он похож на амазонскую рептилию. Обожравшуюся грибов к тому же. Биль тоже подхихикивает и бросает взгляд то на меня, то на обои.
— Чё ты там углядел? — спрашиваю.
— Смотри! — говорит и тычет пальцем.
Я посмотрел. Мать моя женщина! Почему я никогда до этого не замечал, какие же у меня фантастическо-психоделические обои в комнате?! В обыденной жизни серые, геометрически ровные квадраты вдруг обернулись неописуемой красоты волнующимся из стороны в сторону морем. Молниеносные всполохи голубоватых штрихов прорезают стену при каждом еле заметном повороте головы. В глазах рябит от солнечных бликов на поверхности воды. Ур-р-а-а! Я псилоцибиновый Одиссей! А эти доблестные воины рядом со мной — моя псилоцибиновая команда! Неожиданно Болезный разражается взрывом истерического хохота. В комнату заглядывает сестра. Мы ему: «Ты чё ржёшь, придурок?» А самих уже так и подмывает, так и подколбашивает. На очереди Биль — его крючит так, что он не в силах поднять с кресла своё тело «a la Бухенвальдский дистрофик». Скорее на улицу! Пока сеструха не позвонила в психушку. Я стараюсь держать ситуацию под контролем, но чувствую, что это ненадолго. Меня самого уже распирает. Лицо самопроизвольно ломается в дибильно-радостную гримасу. Гы-гы-гы-гы-умх!!!! Кое-как доползая на четвереньках до коридора, мы одеваемся и выкатываемся на воздух. Навстречу, нам в грудь, ударяется целый сказочный мир! Какая тут на хрен Шахерезада!