***
Головня был парень ленивый до крайности. Илья Обломов конца 20-го века. Часов до трёх дня он просто дрых, завернувшись, как мумия, во все имевшиеся в комнате казённые одеяла и выставив наружу только русый чуб. На лекциях он бывал меньше моего. Приходил сразу на зачёты и экзамены. Одногруппники (и особенно одногруппницы) его обожали. Воспринимали как явление Христа народу и млели подсказывая ответы.
Во все времена на филфаках Руси была нехватка мужиков…
Но своё симпотное лицо и долговязое тело Головня, опять же по причине лени, отдал во власть психической, с раскосыми глазами густо крытыми фиолетовой тушью, татарки. Татарка была на три года старше, происходила из глухой деревни (смолоду умела ходить за всяческой скотиной) и звалась Галькой.
Головне и в 16-тичасовом кошмаре не могло присниться, что Галька, в конце концов, женит его на себе и родит ему сына. А он — для прокорма семьи — будет маяться истуканом (сутки/трое) на пороге московского суши-бара «Якитория». В кимоно и белой повязке с красным кругом корчить уроженца Японии. Хостесс. Перспектив — ноль. И это несмотря на страшенный остеохандроз в поясничном отделе, из-за которого Головню не взяли в армию. По выходным, напиваясь, он будет ползать у Гальки в ногах и лобызать их, моля не отбирать сына при разводе. Знал бы прикуп — жил бы сочно…
А пока Галька строит из себя припадочную графиню из бразильского сериала пополам с татаро-монгольским игом: кидает в Головню банками солёных огурцов; стучит по морде колхозными кулаками. Он же, как натура музыкальная (неплохо бренчит на гитаре), — терпит. Лишь матерится и плюёт Гальке в харю, похожую на треуголку Петра Первого. Выходит любит?.. Какой мудак ляпнул, что браки делаются на небесах?
До диплома сокурсницы Головню так и не дотянут.
***
Перед концертом народ тусил во дворе, примыкающем к стеклянным дверям «Крыльев». Ментовский «воронок» в домовой арке держал толпу на коротком поводке. Всё как и 10 лет назад, когда эпатажная сибирская группа «Гражданская оборона» покоряла столицу. Кассеты с записями её вокалиста-провокатора ходили по рукам, бередили антикоммуняцкими телегами неокрепшие умы. Позднее (после октября 1993-го — время путча №2) телеги сменились на «антиельцинские». Сейчас, по сведениям сарафанного радио и фэнзинов, передающих былины о группе из г. Омска, — на эколого-пофигистские.
Словно попугаи «ара» из южноамериканских тропиков, облепили панки крыльцо, бетонный забор, сидят на асфальте: жрут какую-то дрянь, смеются, выпивают — опять же дрянь, орут под гитару песни любимцев.
Только стороннему глазу кажется, что все одеты кто во что горазд. Несмотря на рваный антураж, панк-движение очень консервативно. Зиждется на трёх китах: Sex Pistols, Clash, Exploited — английских группах первой волны. Первая отвечает за музыку, которую клонируют по всему миру 30 лет подряд; вторая за идеологию — замес примитивного марксизма и анархизма под Бакунина; третья — за внешний вид. Допускаются отклонения в сторону «Г.О.» (выбрит один висок, чёрные «слепые» очки на переносице, философская мешанина на устах).
Но это уже российская специфика.
В плане прикида панковская ревность друг к другу круче, чем у гламурных модниц закупающих вагонами шмотки итальянских дизайнеров. С упором на максимальное копирование кумиров. А то, что в Америке ещё в 1968-м году имелись «Stooges» (так называемый прото-панк), мало кто знает даже внутри движения.
Отдельной кучкой примостились на ступеньках птенцы гнезда Эдички Лимонова. Юные интеллигентные мальчики в пионерских галстуках. Смешные. Их не трогают, но особо и не привечают. Очень немногие из старой фанатской гвардии «Г.О.» оценили политические эскапады её лидера в сторону красных бригад и ленинского комсомола.