- На твоем месте я бы уже призадумалась, - сестра продолжает искать ту тонкую грань, где мое терпение заканчивается.
Я бы на твоем месте тоже, милая моя. Ещё тогда, когда полезла в трусы к жениху своей сестры, за месяц до их свадьбы.
Возможно, мои мысли в глазах отражаются. Стоит мне только обернуться и посмотреть на нее – Аня тут же бледнеет, рот её приоткрытый захлопывается непроизвольно.
То – то же. Не стоит забывать – после контакта со мной, многих людей вскоре хоронят. Ты не становишься злым или бесчувственным, но контролировать себя и свои эмоции должен. Также очень сильно пригодилось то, чему я долгие годы у папы училась. Он феноменально умеет продавливать своей энергетикой. До него мне ещё далеко, но в спорных ситуациях, когда, к примеру, проводится несколько экспертиз и заключения экспертов разнятся, отстаивая свою точку зрения, в том числе в суде, ты пользуешься всеми доступными способами. Так что, какой бы принцессой ты не была в жизни, это остается ждать тебя за дверью бюро.
- Еще раз голос на Марка повысишь, особенно в присутствии третьих лиц – я тебе нос откушу. Поняла? – произношу настолько жестко и грубо, что она каменеет. Первые несколько секунд пытается понять, смысл сказанных мною слов.
Понимание приходит не сразу. Я успеваю пошинковать луковицу, и только потом она облегченно выдыхает.
Всегда было забавно слушать о том, что ребятишки из двойни обязательно должны быть сакрально – ментально – духовно близки. Ага, как же. Всегда.
Аня быстро ретируется. Ната дрыхнет, после «пижамной вечеринки». Марка родительница отправила делать уроки. А я, при всей своей нелюбви к кулинарии, уже несколько часов торчу у плиты.
- Мама тебя припрягла? – на кухне отец появляется. Подходит ко мне, целует макушку.
- Мужчина должен видеть, как его ждали, - цитирую дословно мамулю. – Нет ничего лучше, чем домашняя пища, - поворачиваюсь и смотрю на папу. В глазах моих – вселенская грусть.
Он смеется, заливисто.
- Так и есть, милая. Не куксись, тебе не идет.
- Я могла бы заказать. Никто бы не отличил. Это всё, - обвожу взглядом заставленную емкостями столешницу. – Не моё, - произношу манерно, затем уголки губ опускаю. – Кроме цвета волос у меня от мамы – ничего.
- Вся в меня, - возможно это иллюзия, но в голосе папы я слышу гордость.
Он привычным жестом обхватывает мою голову, целует в висок.
- Он тебе нравится? - интересуется родитель. Папа подставил один из стульев ближе ко мне, сидит, скрестив руки на груди, наблюдает за тем, как я готовлю.
- Кирилл? Он парень хороший. Добрый. Открытый. С ним весело. Но в том плане, который интересует тебя – нет. Во – первых, он меня значительно младше, а этот вариант меня не устраивает. Во – вторых, мне уже давно никто не нравился.
- Насколько давно?
- Помнишь Виталия Зотова? – называю имя своего одноклассника, мы с ним в начальной школе вместе учились. В первом классе он мне в любви признался. В третьем я его рассмотрела. Два года почти он таскал мой и Анькин портфель, пока мы вместе шли в школу и из неё. Потом они с семьей переехали. – Вот после него никто больше, - передергиваю плечами.
- Он, кстати, вернулся. Заместитель губернатора по…
- Так, забудь про него, - приподнимаю ладонь вверх. – Вечером мама поймет, что мне не интерес Кирилл как мужчина. А завтра с нами будет ужинать лысеющий чиновник.
Родитель откашливается, подавившись воздухом.
- Ты за ним следишь? Неужто.
- Нет. Я просто помню его отца. Он тебя младше на десяток лет. Мы шли в первый класс, а у него на голове волос было меньше волос, чем у тебя на тельной стороне ладони. Правой.
- Негодяйка, - папа хохотом заходится.
Честное слово, я даже мечтать в детстве не могла, что смогу так легко с отцом общаться, шутить.
- Отомщу тебе, и сдам матери твои теплые чувства к Виталию.
- Каюсь, - складываю руки в просящем жесте. С мольбою во взгляде смотрю.
- Что – то я так устал сегодня. А Лида попросила шашлык пожарить, - папа хлопает себя по коленям, но подниматься не спешит.
- Давай закажем?
- А Артём? – он вопрос не заканчивает, но я и так понимаю.
- А он никогда не заставлял меня готовить, - стараюсь перевести неприятную для себя.
Эти отношения поистине моё слабое место. С одной стороны – никогда не устану корить за них, с другой – море теплых воспоминаний. На волнах которых я столько лет качаюсь.