Габриэль Шанель умерла тихой смертью 10 января 1971 года в возрасте 87 лет в номере люкс отеля «Риц» в Париже, через дорогу от роскошно отделанного, известного на весь мир Дома Шанель. Доходы ее империи составляли 160 млн долларов в год, а в ее гардеробе было найдено всего три наряда, но «очень стильных наряда», как сказала бы Великая Королева Моды.
Думать, как Коко Шанель, может лишь тот, кто научится относиться к жизни не как к данности, а как к тому, что мы призваны менять. Она ломала устои, была пионеркой и, в то же время, ей не чужды были и мистические причуды, которые, тем не менее, приносили успех!
Загадочная Шанель
Слова «загадочная», «загадка» неизбежно повторяются всякий раз, когда говорят или пишут о Шанель. И дело заключается не только в тайне того, откуда она вышла «в свет» – из монастырского приюта или из богатого овернского дома; не в том, кто был ее отец – бродячий торговец или деревенский кузнец; не в том, как прошла ее юность; не в годах, предшествовавших ее известности.
Всю свою жизнь Коко Шанель яростно уничтожала и путала следы о своем детстве и юности, порождая самые невероятные легенды, к которым прибавляла и собственные фантазии.
И наоборот – начиная с 1913 года, когда в Довиле, одном из самых фешенебельных курортов мира, на рю Гонто Бирон впервые появилось на белой маркизе магазина черными буквами имя «Шанель», о ней известно всё. Знали женщин, которые у нее одевались, знали ее друзей, ее романы, состояние, вкусы, мнения, удачи и неудачи; знали о приемах, которые она устраивала на своих виллах или в салонах на рю Фобур Сент-Оноре, a потом на рю Камбон. Словом, знали всё или почти всё о ней, но не знали и не знают ее саму.
Всегда, в любых жизненных ситуациях, Коко Шанель оставалась загадкой, поскольку была ни на кого не похожа. В то время, когда другие женщины следовали моде, она ломала её, создавая свою. И уже моде «от Шанель» следовали другие. Причина её ошеломляющего успеха, возможно, и крылась в такой её непохожести на других.
Шанель, как никакая другая женщина, жила, поступала и добивалась успехов вопреки всему, она не плыла по течению, а разрушала традиции, создавая свои собственные.
Не будем забывать и о том, что все прославленные модельеры до того, как стать модельерами «с именем» и открыть собственные дома, сперва проходили определённую школу, работая у других модельеров.
Так, Живанши был учеником Балансиаги, Пьер Карден учился у Пакен и Скиапарелли, а затем три года работал у Кристиана Диора. Карл Отто Лагерфельд начинал у Пьера Бальмена, до того, как стать в 1983 году арт-директором дома Шанель и открыть собственный дом. Все перечисленные модельеры с юности мечтали посвятить свою жизнь этому искусству, все они вышли из семей крупных промышленников, архитекторов или буржуа.
Всё совсем иначе было у Коко Шанель. В модельную империю она ворвалась стремительно, всё сокрушая на своём пути. И очень быстро завоевала Имя, став всемирно известной законодательницей мод. Прошло всего три года с того момента, как Шанель открыла свой первый бутик в Довиле, как популярнейший американский журнал «Харперс Базар» опубликовал её первую модель.
К слову сказать, в родной Франции это случилось пять лет спустя. Это ли не ещё один парадокс легендарной Коко? Имя, ставшее одним из символов Франции, получило сперва признание в США. И в 1954 году, когда имя Шанель вернулось на подмостки моды, все произошло точно так же – сначала США, а потом Франция и Европа.
Всё, всё отличало героиню нашей книги от других кутюрье.
У неё отсутствовали меценаты, она не проходила «школы» у устоявшихся «мэтров». Воспитанница монастырского приюта и дочь ярморочных торговцев.
Всё это, согласитесь, так далеко от парижской богемы и тех кругов, что относятся к Высокой моде! Стремилась ли она вообще приближаться к ней? Она несомненно талантлива, даже гениальна, но было ли дело её жизни призванием? Она вошла в эту профессию, пройдя длительную стадию сомнений и колебаний. На этом пути Шанель распрощалась со многими иллюзиями.
Шанель стала тем, кем стала, лишь тогда, когда поняла, что у неё нет иного пути для того, чтобы добиться той самой желанной независимости, которая и была главной целью её жизни!
Уже открыв шляпную мастерскую на рю Камбон, она пошла в парижскую студию Айседоры Дункан, но, разочаровавшись не столько в студии, сколько в царящей там атмосфере, она отправилась дальше – брать уроки у эксцентричной балетной танцовщицы Кариатис. Это характерный для нее поступок: следовать собственному внутреннему убеждению, а не подчиняться «магии» звучных имен и модных репутаций!