«М-м-ы. кха-а. не. за–кх-а-ончили… А-а-а-р-гх!!!» — распирающие меня эмоции совпали вместе с ощущением переполненной емкости, когда перед глазами вдруг появилась нечеткая фиолетовая картинка, запечатлевшая ненавистную всеми фибрами души нацистку, которая стояла с занесенной ногой над телом Бучера. А затем…
Бэкка с ужасом смотрела, как лежащий в луже собственной крови обгорелый труп поднимает трясущуюся голову и хрипя что-то на русском открывает светящиеся фиолетовым цветом глаза — затем ревущий фиолетовый луч сносит изумленную женщину с места, впечатывая ее в ствол столетнего дерева, сминая прочную древесину как легкий картон. Но та умирать от такого, похоже, совсем не собиралась.
— Я убью этого старика, — сквозь зубы выплюнула мутантка сгусток крови, опускаясь на одно колено. — И тебя сучонок тоже…
Поток плазмы из глаз проклятого недобитка не смог сильно повредить Штормфронт. Все-таки именно она наравне с Солдатиком получила первую, неразбавленную сыворотку Фредерика, а затем и еще одну формулу, доработанную доктором Амейзером, дарующее ей не только невероятную прочность, скорость, силу и регенерацию, но и полный контроль над электричеством.
Защититься от собственного оружия… да никакое электричество и близко не могло навредить повелительнице грозы. Но вкупе с сильными повреждениями от предательницы Мэйв, а также непонятного заряда, что немного ослабил ее силы в самом начале — этот удар, попавший по ребрам заставил сердце больно екнуть, сдавленное костяной клеткой.
— Да я… — попытавшись встать, Штормфронт вдруг покачнулась, а сердце пропустило второй удар, колотясь в грудной клетке как бешенное, снова и снова сбиваясь с ритма. Ноги перестали держать ее. Опустившись на колени, столетняя женщина с недоумением поглядела вокруг оставшимся целым глазом. Шумел лес. Под деревом пытался перевернуться бородатый мужик, который попытался напасть на нее с жалкой железкой в руке. Идиот.
Напротив нее закрывала мальчика эта стервозная женщина, которую давно следовало убрать, чтобы ничто не мешало воспитывать будущего правителя правильно, как это было нужно. Переведя взгляд, она наткнулась на горящие незамутненной ненавистью глаза этого недочеловека… defecte probе, жалкая блоха, которую никак не получалось раздавить. Но ничего, она уже слышала знакомый звук приближающегося спасителя. Взглянув на небо, она увидела несущуюся к ней и именно к ней фигуру, воплощающую все ее мечты.
— Meine Liebe… — сердце женщины ударилось в последний раз, и замерло.
В красно-сине-белом костюме явно было теперь больше красного, чем это было изначально. Опустившаяся возле лежащей на опавшей листве женщины фигура Хоумлэндера всем своим видом внушала опасение. Особенно сейчас, когда маску идеального сверх-человека изрядно запачкало кровавыми разводами.
Он не говорил ничего, но это было еще страшнее. Молча мужчина склонился над Штормфронт, проведя рукой по грязной коже. Что он делал дальше мне было просто не видно, я едва справлялся с тем, чтобы не вырубиться в эту же секунду. Наполняющее меня силой чувство исчезло, оставив немного притупившуюся боль, и жжение в глазах. Я тщетно пытался вновь вызвать это чувство, в душе уже понимая, что даже новая способность не поможет мне хоть как-то противостоять злой версии супермена.
А тот все молчал, смотря на труп гребанной Грозы, которая все-таки отдала коньки, буквально минутой раньше.
— Вы… — наконец заговорил блондин выпрямившись, и уставившись разгорающимся красным огнем взглядом на всех кто остался на поляне. Бучер все-таки оклемался после удара и успел отбежать поближе к Бэкке, закрывая сейчас и ее и Райана за широкой спиной.
— Стой! — издалека послышался окрик, а спустя пару секунд на поле боя возникло еще одно знакомое лицо. Которое я был чертовски рад видеть. Мэйв все-таки успела вовремя. Как и настоящие супергерои — в последний момент. — Ты… не тронешь их.
Произнесла та, немного запнувшись, взглянув в алые глаза обернувшегося к ней супера. На окровавленном лице блондина эти глаза и вправду смотрелись жутко. И, что особенно срашно - она знала, на что тот на самом деле способен.
— Мэйв, — с недоумением, смешанным с холодным бешенством в голосе произнес Хоумлендер. — ты… что здесь делаешь?
— Ты дашь им спокойно уйти, — продолжила Мэйв, выдержав взгляд мужчины.
— А если нет? — недобро произнес Твердыня, до хруста сжигая кулак.