Раненый зашевелился, пару раз что-то прошептав. Вообще, странным он оказался, на взгляд Дуная. Вроде бы все у него, и одежда, и экипировка с оружием, знакомое, пусть и не особо хорошо. Айгуль так сразу предположила, что дядька с бывшего Савеловского вокзала, базы тамошних маркитантов. Точь-в-точь как и пластун предположил недавно. А приглядишься, так заметны маленькие несоответствия. Нож, опять же, не видел Дунай такие ни разу. Даже цвет кожи лица, рук и шеи чуть, но отличался от всех встреченных маркитантов. Очень интересным оказался неожиданно встреченный на пути умелый и опытный боец.
Глава 15
У пластуна внутри так и завертелся червячок, из-за которого разведчик из Дуная вышел хоть куда. Хотелось узнать, кто ж такой метающийся в холодном поту мужик. А тот снова зашевелился, начал ворочать головой из стороны в сторону. Айгуль наклонилась, всматриваясь в немного порозовевшее лицо:
- Похоже, он приходит в себя.
- Ты думаешь? По-моему, труп выглядет более живым. А этот тип бледный как земляной червь, не жравший неделю.
Девушка осуждающе покачала головой:
- Ну, значит, очнется - покормим. По крайней мере, сутки он еще точно протянет. Я сделала все, что могла, на остальное воля Вечного Синего неба.
- Ох уж эти твоя присказка… - протянул Дунай. - Давненько я не видел небо синим… вообще не видел. Старики говорят, что со времен Последней войны оно постоянно хмурое, будто пелена дыма от погребального костра.
- Это все потому, что ты мужлан, и не умеешь видеть чистоту за внешними проявлениями.
- Священный клинок! У тебя на каждое слово найдется ответ!..
Айгуль не ответила. Вместо этого достала нож, который калила в небольшой жаровне, сделанной Крюком из огрызка какой-то железяки. Рана на щеке «маркитанта» не давала ей покоя с момента, как тот оказался на верстаке. Рассмотрев получше, девушка все же решила ее вскрыть. Приблизившаяся к вздувшейся и покрасневшей плоти полоса раскаленной до малинового цвета стали, заставила раненого дернуться в сторону. Айгуль лишь мотнула ему головой, мол, помоги. Пластун оказался рядом, готовясь придержать мужика во время короткого хирургического вмешательства, если тот вдруг решит дернуться. Но обошлось: операцию раненый выдержал как настоящий дружинный воин, не шелохнувшись. Дунай покачал головой, оценив его мужество, и только хотел сказать об этом девушке, как заметил движение век раненого:
- Надо же, смотри, он реально приходит в себя!
- Не шевелись, батыр. - голос Айгуль звучал тихо-тихо, видно успокаивая раненого. - Тебе надо лежать. Твое лицо рассек отравленный клинок. Я очистила рану, но твоя кровь успела принять яд. Пока еще он не коснулся сердца и, думаю, что ты еще поживешь... некоторое время.
- Воды... – Еле слышно просипел мужик. Айгуль смочила пальцы из фляги, поднесла к его спекшимся и прокусанным до корки губам.
- Тебе нельзя много пить. Густая кровь течет медленнее. Вода даст ей силу, и яд быстрее сделает свое черное дело.
Незнакомец тяжело задвигал глазами, еле сумев их раскрыть. Айгуль отошла, дав ему возможность нормально осмотреться.
Какое-то время он лежал, уставившись в одну точку над собственной головой. Потом чуть шевельнулся, поворочал головой. Пока еще мутный, полный боли взгляд остановился на Айгуль. Цену такому терпению Дунай знал хорошо. Сейчас этому мужику было очень худо и больно. Да и страшно, наверное. Человек он явно тертый, понимает, что да к чему. А смерти не страшатся лишь глупцы. Другое дело, как ее ждать и готовиться к самой встрече. Мужик в камуфляже заслуживал уважения даже тем, как пришел в себя и молчанием во время всех манипуляций Айгуль над его ранами.
Сейчас раненый все также молча пялился в сторону синей свободной рубахи Айгуль. Дунай проследил взгляд, уткнувшийся в совсем свежие пятна крови на рукавах. Видно его попутчица тоже это заметила:
- Щека начала нарывать, пришлось взрезать. Кровь плеснула словно из Ледяного гейзера.
На бледном лице, покрытом щетиной и солидным количеством морщин, отразилось легкое недоумение. А молодец, что скажешь? Лежит, плавая на красных волнах жара и боли, и все равно прокачивает в голове все услышанное. Дунаю очень захотелось, чтобы раненый выжил. Такое стремление к жизни явно заслуживает награды.
- Сколько?
- Что сколько? – Удивленно изогнула одну черную бровь Айгуль.
Сиплый голос из совсем сухого горла прокаркал тот же вопрос:
- Сколько... мне осталось?
Девушка посмотрела на Дуная. Пластун понимающе кивнул головой. Легко ли сказать человеку про отмерянный ему краткий срок до свидания со старухой? Той, что всегда приходит с большой черной косой.