- Двигай за дружком... Ну!!! - прикрикнул Дунай.
Упрашивать дважды не пришлось, только пятки засверкали. Засверкали на самом деле, засверкали толстой грязной кожей, отполированной ходьбой. Пластун еще раз сплюнул, в который раз ощутив отвращение к мутировавшим и утратившим все человеческое тварям. Ведь кто мешал им хотя бы людей не жрать? Так нет...
- Не убивай, хомо... - блеюще донеслось со стороны толстяка. - Отпусти, а? Зачем я тебе? Мож, че и пригожусь, а?
Дунай продолжил следить за пошатывающимися друзьями, скрывающимися вдалеке. На вопрос раненого ворма отвечать не спешил. Хотя… мало ли?
- И чем ты мне пригодишься?
- Я знаю, где склад маркитантов, да-да, проследил. Не убивай, хомо, расскажу.
Дунай наклонился к постанывающему ворму, прислушался. Покивал головой, поняв, о каком месте тот говорит. Чуть позже он двинулся именно в ту сторону, круто взяв к западу от Кремля. Рейд не должен оказаться напрасным.
Нео стоял, гордо выпятив бочкообразную грудь и даже отсюда, из укрытия Дуная, казался страшным. Это не странно, ведь мохнатый точно был вожаком немалой стаи. А вожак лохматых и должен внушать страх с ужасом мощью сильных мышц под густой черной шубой. Вот и этот полностью соответствовал всем необходимым требованиям. Надо полагать, избитому до полусмерти соплеменнику, решившему бросить ему вызов, казался еще страшнее. Хотя кто их, нелюдей волосатых, знает? Может тому, пусть избитому вожаком в кровь, со сломанной лапищей, он виделся по-другому. Нео, чего с них взять? Не жизнь, а одна бессмысленная в своей кровожадности битва. И хорошо, что сильнейшие калечат друг друга, а не лезут на новый приступ кремлевских стен.
Дунай, затаившийся под несколькими кусками рухнувших стен, лежал уже давно. Это он делать умел. Не в смысле, что валяться на боку, нет. Лежать, наблюдать, сливаясь с битыми кирпичами и блоками. Учили пластунов хорошо, заставляли часами не менять положения. Разведчик не должен выдать себя ничем, даже если почесуха вдруг нападет. Или стальная сколопендра, к примеру. Если прицепится зверь крупнее, то придется все-таки двигаться. Какой прок от разведчика, если не сможет вернуться? А Дунай, идущий домой из рейда, вернуться был обязан. Слишком много узнал, чтобы умереть, не добравшись до Кремля.
Вожак так и не стал добивать соплеменника, рявкнул, подзывая кого-то. Голос у него оказался под стать телу - зычный и басовитый. Никак не слабее рыка луженой глотки мастера Устина, ведавшего отрядом пластунов:
- Уберите слабое мясо, а-а-р-г-х. Слабый как хомо, глупый. Эй, Граг!
Темнело на глазах, и новый мохнорылый, возникший у костра, показался черной тенью:
- Я, вождь Хорд!
- Веди ужин, будем есть и потом отдыхать.
Нео, сидевшие у костра, радостно заухали, забили себя мощными ладонями по бедрам. Жрать нео хотят всегда, эту нехитрую мудрость юнаку Дунаю когда-то рассказал калека пластун Любим. Ему, одному из немногих доживших до седых волос пластунов, верили во всем. Шутка ли, дожить до тридцати годков? «Да, юнаки глупыри, - почесывая обрубок правой руки хмурился Любим, - нео постоянно готовы жрать».
А кроме мяса мутанты ничего жрать не хотят, потому им что люди, что крысособаки, что собственные соплеменники - все едино. Главное - мясо, потому надо делать все, чтобы не почуяли человеческий запах. Дунай и сейчас помнил это, лежа против ветра. И пусть кожа под тонким слоем мази из желчи и половых желез нео жестоко чешется, он готов был терпеть до самого возвращения.
- Вождь Хорд... - Один из нео встал, склонив голову перед вожаком.
- Что, Ург? - грозно рявкнул явно довольный униженностью воина Хорд.
- Мы хотим не только мяса, мы мужчины. Мы воины храброго и щедрого вождя Хорда, вождь даст нам не только мяса глупых женщин хомо.
- У-а-ха-х-а! - захохотал вождь. - А Ург не дурак, Ург знает, что сказать своему вождю.
У костра Дунай заметил какое-то движение. Пригляделся и вздрогнул, понимая, какое зрелище его ждет. Поговаривали, что нео разводят людей как скот. Как в Кремле разводят туров, например. Дунай слышал про это, но встречать самому такую человеческую, в прямом смысле мясную породу, раньше не доводилось. А тут увидел... лучше бы и не видел.
Нео вытолкал трех вполне упитанных и грязных женщин, со спутанными волосами, прикрытых каким-то тряпьем, пригнали чуть позже. Высокий и кряжистый, поросший жесткой черной шерстью Хорд остановил их, потыкал пальцами в бедра, помял бока. Довольно оскалился, облизнувшись. Грубо схватил за волосы одну, немедленно завывшую дурным голосом, потащил ближе к костру.