- А ты как думаешь? Посмотри вон на себя, большого и сильного. А ты ведь, Дунай, не самый большой среди своих товарищей. Даже наоборот, маленький. Я видела, как ваши дружинники защищали стены, как били нео. А ведь один кешайн вряд ли сможет выстоять против этих чудовищ. Трое – да, и только те, кто рожден от ваших женщин, рискнут на единоборство. Ну и еще несколько, которые наперечет, так выйдут.
- Не знаю… - пластун вспомнил того, со шрамом, победившего его в вагоне состава, едущего в Форпост. – Довелось мне тут с одним столкнуться…
- Это Хан, он особый.
- Почему?
- Потому что, это не важно. Он в крепости, как мне кажется. Вряд ли его отпустит от себя нойон.
- Кто?
- Хайн в маске. Ты же его видел. Он нойон крепости, начальник, комендант. Хан защищает его и только его и слушается. Он был одним из сотников, до недавнего времени. Потом попал в серьезную переделку, расскажу как-нибудь.
- Когда? – Дунай усмехнулся, невесело. – На том свете?
- А чем тебе не нравится тот свет?
- Мне не только Любаву спасти нужно. Мне в Кремль попасть надо, хоть голову отсеки, но надо вернуться.
- Из-за чего?
- Неважно, просто надо и все тут.
- Твое право не отвечать, – теперь уже Айгуль пожала плечами и согласно кивнула. – Я тоже не говорю тебе всего.
Пластун промолчал. Странный у них получился союз, на первый взгляд так совсем ненадежный. Девка кешайн, незнаемая и не рассказывающая ничего про себя… ну почти ничего. Зачем она все же все это делает? И он, остолоп, что решил ей довериться от безысходности. Нет, в сноровку и силы свои Дунай верил, но крепости шайнов не знал. И взять его там ничего не стоит, это верно. Пусть и порубал в капусту воинов кочевников недавно, так-то в составе было. А здесь Форпост, где их много и дверь за собой не закроешь, один черт вышибут. Эх, судьба у него выпала, что тут сказать? Ничего и не скажешь, как не хоти обратного. Ладно, Отче Перун поможет, так все сладится.
- А что вам вообще надо в Москве? – Дунай посмотрел на лицо девушки, видимое все более явственно. – Тут же пустырь, все выжжено, нет ничего.
- Ты сам-то в такое веришь, светлобородый? – Айгуль усмехнулась. – Нет ничего, скажешь тоже...
- Э?
- Я многое знаю про вас, Дунай… Ты вот не очень похож на своих соплеменников, болтаешь много, делаешь мало.
- Ты наглая.
- Какая есть, батыр. Я снова пошутила, только ты не понял.
- Смеяться после слова лопата?
- Почему лопата?
- Не знаю. Поговорка такая у нас. – Дунай повел затекшими плечами. – Ты в сторону-то не уводи разговор, хитруля черноглазая. Чего вам в Москве надо и зачем вам Кремль?
- Все, что есть в городе и в вашей крепости. Знания, оружие, тайные схроны, сами люди. То, что сделает цель Народа ближе, позволит ему не допустить ни одной новой войны.
- Да ладно? И как это твой народ делать собрался? Захватить всех подряд и подмять под себя? Слышал я что-то такое от того в маске, помню.
Айгуль помолчала, прежде чем ответить.
- Народ прошел дальний путь, многое увидел, еще больше сделал. Первые отцы и матери, чьи имена вписаны в Книгу памяти, вышли из древней страны Китай стразу же после первых ударов. Только то, что они жили на севере этой великой страны, спасло их, дав возможность добраться до бескрайних степей Казахстана. Многие погибли во время перехода, еще больше осталось под беснующимся огнем неба, убивающего в те времена всех своих детей. Кто-то погиб почти дойдя до древнего города, откуда люди, забыв про неприкосновенность вечной небесной Синевы, устремлялись к звездам…
- К звездам? Ты ничего не приврала?
- Нет, Дунай. То место, одним из первых стертое с лица нашей планеты, на самом деле оказалось спасением. Ты же знаешь, что нельзя верить только тому, что снаружи, надо рассматривать все пристальнее и внимательнее, чтобы увидеть настоящее. Спрятанное в глубине. Так и тут, отцы и матери знали, куда шли, все они были воинами. Ну, или почти все те, кто вел за собой остальных. Я не могу назвать тебе точного места, где сейчас находится главный город Народа, но сказала много для того, чтобы бы сам все понял. Если захочешь, конечно.
- Уж попробую, как вернусь домой, будь уверена. – Дунай только и мог, что покачать головой. Вроде бы насторожиться надо еще сильнее, раз девка так вот выкладывает все, чтобы понять о стольном граде шайнов, или наоборот? Решила довериться ему полностью? Раз собралась вместе идти на такое сложное дело, как проникновение в Форпост.
Для себя пластун рассказ Айгуль отнес то ли к попытке втереться к нему в доверие, то ли к настоящей откровенности. Понятно, что тут бабка надвое сказала о правде в словах этого кешайна с рубашкой, оттопыривающейся на высокой груди, но в уме держать стоит.