В кабинете мы как шахматные фигуры, каждый занял свое место. Государь за своим столом, серетарь встал по его левую руку, министр сел напротив Императора, ну а я естественно в уготовонное мне кресло, возле которого все так же лежали книжки.
Сначала пыталась греть свои ушки на том что произносилось в этом кабинете, все таки знание это сила, а где мне узнать государственные тайны как не в кабинете Императора. Но толи мне нехватало знания языка толи полной информации или все таки мозгов, но вскоре я устала пытаться вникнуть во все что тут говорили и увлеклась чтением. За этим делом время полетело намного быстрее. очнулась я только тогда когда в команту вошел слуг неся поднос с обедом для меня, но я не горела желанием обедать в обществе имератора поэтому умыкнула с подноса корзину с пирожками, добавила пару буербродов и выскользнула из кабинете, ощущая на себе тяжелый взгляд. Император не ел простую пищу, он поддерживал силу благодаря накопителя энергии. Но если все сложится то скоро он начнёт есть и спать как все люди.
Решила обследовать дворец, поэтому пошла на угад, заблудится не боялась потому как практически на каждом шагу стояли гвардейцы. Поплутав по коридорам какоето время поняла, что интересного здесь мало. Дворец был на удивление тихим, лишь гвардейцы, да прислуга иногда мелькала. Ни тебе придворных дам ни сливок общества, ни тайных ходов, вобщем уже хотела где-нбудь притулится и перекусить как заметила стеклянные двери за которыми разгледела зеленые кусты, видима сад или оранжерея. Решила проверить. оказалось действительно сад, прошла вдоль стен и обошла по кругу, вернувшись к дерям из которых пришла. От дверей вели тропинки выбрала одну из них, пошла вглубь, через некоторое время вышла на поляну окруженную деревьями и кустами за которыми не видно было каменных стен, только небо, деревья и аромат зелени, именно зелени без примеси аромата цветов. Пусть это и была иллюзия свободы, но кажется я нашла свое любимое местечко.
Выбрала одно из деревьев с широким стволом на границе полянки, облакатилсь и разложила свое добро, которое несла все это время в руках, выбрала из корзины бутербрд с бужениной и с удовольствием откусила.
Вдруг раздался звук бурления желудка. Прислушалась. Звук повторился, но это был не мой желудок, пригледелась в ту сторону отуда шел звуки раглядела под кустом мальчугана лет пяти. Мальчик смотрел таким голодным взглядом на пирожки что мне даже как-то неудобно стало.
-Будешь - протянула ему корзину, мальчишка так яро замотал головой в отрицательном жесте, что весь куст под которым он прятался заходил ходуном.
- Нет так нет - пожала я плечами, но корзинку постаила поближе к кусту, - жаль будет выкидывать, я то столько не съем - сказала как бы между прочим и снова откусила от бутерброда. Снова голодный звук детского желудка.
Мальчишка осторожно вылез из своего убежища, Странно одет он был хорошо, не сказать, что из бедной семьи, в руках кожанный мяч, такие только у богатых детей бываю, но голодный взгляд не вязался с внешним благополучным видом, хотя мальчик был не тощий но и не упитанный как дети аристократов.
Мальчик подошёл ближе ко мне
- Приветсвую Вас леди, могу ли я присоеденится к Вашей трапезе? - слишком высокопарный слог для мальчика такого возраста.
- Пожалуйста милорд - кивнула ему на корзину.
Мальчик подошел к корзине, положил рядом с ней свой мяч, вытер руки об штанишки и взял верхний пиржек. огляделся куда бы сесть, но самое широкое дерево заняла я, поэтому решила подвинутся, он покалебался пару секунд но потом решительно направился ко мне устроился рядом и смачно откусил пиржек.
Сидим, жуем. Я потянулась за вторым бутербродом с какой то рыбой, мальчик подумав немного тоже вытянул один пирожек.
Черт бы побрал этих аристократов. Даже с мелким пятилетним пацаном чувствую сябя неловко.
Мальчик кушал очень аккуратно, с изяществом и при этом все дижения выходили такими естестенными. Что за родители заставили пятилетнего ребенка заучит этикет, что все движения выходили так естественно, вспомнила как он разговаривал, речь была правильной, но было так не правильно что ли слышать ее от такого малыша.