— Да. Первая. И единственная... Прости меня, Джерри.
Вот и всё. Я наконец-то сказала и сделала то, на что, наверное, нужно было решиться раньше.
В глазах Джеральда медленно проступает понимание. Он шокирован моими словами. Но более всего тем, что я совсем не пытаюсь изворачиваться, юлить и не хочу солгать даже тогда, когда он с распростёртыми объятиями готов принять мою ложь — ради самообмана и спасения хрупкого, ускользающего миража счастливой семьи.
Не зная, что ещё можно сказать или сделать в такой ситуации, он поднимается с кресла, устало распрямляется и выходит из комнаты.
* * *
02.05.1998. Госпиталь св. Мунго
…Погруженная в тягостные воспоминания, она чуть не пропустила момент, когда холодные пальцы неуловимо дрогнули в её ладони.
— Северус?..
В ответ — короткий хриплый вздох. Стон, впрочем, совершенно беспощадно подавленный.
— Больно?..
Левой рукой она осторожно погладила его висок, чувствуя тонкую ниточку лихорадочного пульса под пальцами. И внезапное видение далёкого осеннего дня, дня их общих воспоминаний, взорвалось в её сознании.
* * *
01.09.1971. Хогвартс
Мириады свечей, парящих над столами меж полом и высоким, сводчатым потолком, принявшим облик вечернего осеннего неба. Сотни взволнованных лиц…
Сухощавая высокая дама в зелёном, просившая называть себя «профессор Макгонагалл» выкликает первоклассников по списку.
— Абрахамс Агата!
Смуглая девочка с тремя десятками цветных заколок в мелких темных кудряшках взбирается на высокий табурет, выставленный у директорской трибуны, на всеобщее обозрение. Прямо на заколочки приземляется огромная остроконечная мятая шляпа в заплатах, сползает девочке на глаза. Мгновение тишины… И — каркающий, громогласный возглас, летящий, кажется, прямо из-под потолка:
— Равенкло!!!
— Поздравляю, Эгги! — Улыбается Макгонагалл, — вы попали к нашим славным умникам и умницам, ваш стол — справа, ваш декан — профессор Флитвик…
Эгги Абрахамс таращит лиловые глаза на усатого очкастого чудака с большими ушами за профессорским столом. Тот — почти одного роста с ней — встаёт на стул, чтобы его было всем видно, картинно кланяется своей новой ученице, взмахивает волшебной палочкой. Строгий чёрный галстучек на тонкой шее Эгги меняет цвет на лазоревый в сверкающую металлизированную полосочку. Справа дружно рукоплещет весь состав факультета Равенкло.
— Эйвери Мэттью!
Полноватый блондинчик шествует к трибуне смешной, натянутой походкой. Неуверенно взбирается на шаткий табурет. Закрывает глаза…
— Слизерин!!! — рокочет Шляпа.
Слева за длинным столом сдержанно и ритмично отбивают ладошами овацию школьники с зеленой отделкой мантий.
— Блэк Сириус!
Давешний нахальный кудрявый пацан, что цеплялся к нам с Лили в поезде, прежде чем шагнуть к табурету, громко шепчет:
— Спорнём на три кната, что попаду на Гриффиндор?..
— Попадешь… в пруд с гриндилоу, вверх тормашками! — сквозь зубы шёпотом ответствую я. И тут же опускаю глаза под жёстким взглядом профессора Макгонагалл.
Всего-то ничего пообщались, но как же мне успел осточертеть этот Блэк!!! Шляпа, однако, проявляет с его мнением удивительную солидарность и громко каркает, едва коснувшись буйной шевелюры нахала:
— Гриффиндор!!!
«Ладно, пруд пока откладывается… Но только на время, Сириус Блэк!»
— Боунс Арнольд!
Рослый, длинношеий мальчик, стриженный «под ноль», стискивает правой рукой спрятанный под мантией оберег. Решительно шагает вперед.
— Хаффлпафф! — после минутных раздумий выдыхает Шляпа.
Галстук Арни тут же меняет цвет на чёрный с золотом. Стриженый разочарован. Уши его алеют… Но над его факультетским столом уже летают восторженные возгласы, слышатся аплодисменты — и на пухлых телячьих губах парня расползается улыбка…
— Эванс Лили!
Ты незаметно стискиваешь мою руку под чёрной полой форменного плащика. Поднимаешь на меня глаза. Я чувствую, как дрожат твои колени, как под новенькой школьной формой отчаянно колотится твоё сердце. Когда ты делаешь первый шаг к злосчастному табурету, успеваю шепнуть:
— Не бойся!..
Профессор Макгонагалл опускает Шляпу на солнечное облако твоих волос.
— Гриффиндор!!! — и парящие свечи замирают под потускневшим искусственным небом. У меня перехватывает дыхание. Я слышу собственный голос:
— Не-ет…
Поджав губы, ты стягиваешь с головы Шляпу и отдаёшь учительнице. Шляпа шевелится, будто живая, что-то ворчит темной складкой суконного рта, шелестит заплатами…