— Повреждены алгоритмы психотипов.
— Восстановить нельзя? — в ответ Миха покачал головой.
— Гурд теперь не контролируем, а эмоции и действия непредсказуемы.
Максим Иванович вздохнул и решил дать ответ после разговора с женой, а заодно забрать ключ-код и передать в виварий.
Эпилог
«Дурачьё!» — Пакс сидела на каменной стене, покрытая с головы до кончика хвоста красной стигверской плазмой. Она смотрела вниз на глупого барбоса, который всё ещё верил людям и ждал её возвращения.
«Дурачьё!» — её больше не волновали человеки и их игрушки. Сейчас Анунах, самый мудрый и осторожный из кошачьих богов, оберегал её. А Чёзанах, бог шалостей и жестоких розыгрышей, нашёптывал интригующий план весёлой жизни.
Вскоре по городу пошли слухи о кровавой кошке, кошмарищей людей в их домах по ночам. Затем эти истории переросли в рассказ о чёрном демоническом коте. А спустя десяток лет, люди читали детям сказки о похождениях хрустальной кошки, которая плачет бриллиантовыми слезами:
«Встреча с ней полна сюрпризов. Одним она приносит богатство и славу, показываясь в золотом облике. Другим только боль и страдания, облачаясь в облик чёрного шаловливого кота».
А Максим Иванович забрал домой серую кошку с россыпью звёзд на задних лапах. Жена назвала её Плея. А Гурд …, Гурд остался в центре техногенезиса в качестве охранной единицы. Постепенно Миха перенастроил его психодинамическую карту, и пёс уже не воспринимал семейство Хвановых, как единственных хозяев. Однако он продолжал ждать возвращения дымчатой смутьянки, не помня ни причин, ни событий.
Грустя я жду тебя; и шепчет мне терпенье,
Что ты сейчас меня из тени позовёшь,
Но слишком хорошо мечты осуществленье,
И знаю я теперь, ты больше не придёшь…
(с) В.В. Набоков «Я ночью жду тебя. Осины умирают…»
Конец