Я видел, что инспектору Джастину удалось-таки смутить генерала. Однако тот тряхнул головой и продолжал:
– Возможно, Лекус и не откажется от своих слов, он несколько изменился.
– А попробуйте поговорить с ним с глазу на глаз, Дайего, – предложил инспектор. – Думаю, фон Айвин обращался к лейтенанту неспроста. Или – не в первый раз.
– Я с ним поговорю, – сказал Дьюп.
Он сказал это тихо, но комкрыла вздрогнул.
– Извините, Дайего, я не хотел, – Дьюп скользнул взглядом по лицу Вланы. – И с фон Айвином мне давно пора познакомиться. Он знал старого лорда и вряд ли будет опасаться встречи со мной. Напротив, его заинтересует, отчего это верный союзник перекинулся вдруг на имперскую сторону.
– Надо будет подержать Душку – только свистни, – предложил я. И пояснил: – Душка – это Клэбэ фон Айвин. Так же будет называться его набитое соломой чучело.
Комкрыла фыркнул. Дьюп покачал головой.
– Нет, чучело мы из него делать не будем. Этого мерзавца мы, по крайней мере, знаем и действия его прогнозируем. Но «поговорить» с ним не мешает.
– Знаю я ваши «разговоры», – усмехнулся Дайего. – По мне лучше с живого кожу снимать.
– Это вы с Колином мало общались, – «успокоил» его инспектор Джастин.
– Тогда с Лекусом – только при мне. Это все-таки мой боец, – сказал я. – Мои завтра будут в столице. А вот в Бриште я лучше слетаю сам. Я еще достаточно злой, и злости у меня хватит больше, чем на какие-то две сотни бойцов. Да и опыта надо набираться.
– С девочкой есть одна проблема, – сказал Дьюп. – Не знаю, справятся ли наши медики, но эйнитские – справились бы. Я достаточно наблюдал, чтобы это предположить. Но эйнитского храма на Аннхелле больше нет.
– Этого не может быть! – удивился Адам Джастин.
Дьюп встретился с ним глазами:
– Если раньше такого не было, это не означает, что этого не может быть никогда.
– Стоп, – сказал я. – До этого момента я все понимал, и мне это нравилось. Чего не может быть?
– Эйниты никогда не поддерживали какую-то из сторон и не вмешивались в реально происходящее, – пояснил Адам Джастин. – По крайней мере, я об этом не слышал.
– Все когда-то бывает в первый раз, – сказал Дьюп. – Вчера ночью я попросил Виллима рассказать мне, чем вы занимались тут без меня, и отметил очень много несостыковок. Особенно с эйнитами. Хотя раньше они действительно не вступали в игру на чьей-либо стороне.
– Ты думаешь, на чьей?
– Не знаю. Предвидеть, как ты помнишь, я не умею. И не уверен, что ваше предвидение точно. Агжей несколько раз едва не погиб. Возможно, его пытались убить. Но возможно и другое. Что эйниты видят гораздо дальше, чем мы можем предположить. Храма на Аннхелле больше нет. И это мне не нравится.
Дьюп покачал головой, и я понял, что ему тоже тяжело вступать на зыбкую почву идей, которые мы понимаем пока лишь намеками.
– Виллим, что ты молчишь? Ты больше нашего имел дело с эйнитами? – спросил инспектор. – Бросай уже издеваться над собой! Какая нам от этого польза?
Мерис поднял голову, и взгляд его заскользил, не касаясь наших лиц.
– Я не знаю, – выдавил он. И хотел снова уйти от нас туда, где был, но я зацепил его. Все-таки он меня раздражал. – Генерал Мерис, я хочу знать, кого я похоронил вместо Колина!
Мерис намеревался огрызнуться, но посмотрел на Дьюпа и, сжав зубы, уставился в стену.
Однако никто не собирался помогать ему объясняться со мной.
– Андроида ты похоронил, – выдавил генерал, сквозь зубы. – Мы его долго готовили, красавчика, а тут вдруг случай подвернулся.
– А зачем ты мне тогда отдал дневник? – спросил я о том, к чему мои мысли уже несколько раз сами собой сползали сегодня.
– Какой дневник? – удивился Дьюп.
– Тетрадь, которую ты оставил в сейфе, – огрызнулся Мерис, помрачнев еще больше. – Я думал, он догадается, когда дочитает. Поймет, что ты уехал совсем в другое место, а не в то, куда мы тебя тут «отправили». Я же не предполагал, что он такой тупой.
– Я не дочитал, – сказал я. – Мне все время мешало что-то. Возможно, дневники, действительно, нельзя читать при живых… Колин, я должен вернуть тебе тетрадь.
– Пусть остается у тебя, – покачал головой Дьюп. – Положи в сейф. Рано или поздно этот мир все равно от меня избавится. А если мне нужно будет что-то сказать, я просто начну новую. Виллим, обними Анджея, и чтобы я больше об этой истории не слышал. Мы сделали то, что сделали. Были бы другими, сделали бы иначе. Ну?
Мерис встал первым. Дьюп был его непосредственным начальником, а генерал так и не научился не подчиняться приказам. Но и я отчего-то больше не мог на него злиться.