Особого сражения за Мах-ми, кстати, не было. Экзотианские корабли отступили к Гране, там есть что защищать – урановые рудники, серебро и палладий. А вот на грунте нам повоевать пришлось: часть населения небезуспешно оборонялась. Плюс мародеры, которым все равно, кого грабить. Ну и наши головотяпы.
Я взял еще кружку авта. Какой вообще бандак придумал такой слабый, никчемный алкоголь? Утопиться ж проще, чем напиться!
Напиться я безуспешно пытался двое суток. На третьи уснул и проспал часов десять. Когда проснулся, выяснил, что пфайфики освоились с моим телом и почитают его за мебель. Возле головы лежала какая-то рекламная снедь, строем стояли полные кружки… Похоже, я украшал своей персоной местное заведение и привлекал посетителей.
Астероид тряхнуло. То ли садился корабль, то ли… Тряхнуло снова, и других «то ли» не осталось. Садился корабль. Судя по вибрации – не самый маленький. Топливо привезли? Я зевнул. Пфайфики уже не замечали меня особо – привыкли. На вибрацию они тоже не отреагировали, значит, посадка была делом ожидаемым и банальным. Точно – топливо. Теперь пфайфики начнут продавать его мелким леталам, типа меня, которые крутятся в системе, выживая спекуляцией и контрабандой, купят себе немного кислорода. Ну и я, может, как-нибудь убью тут шесть, ой, нет – семь дней.
Я еще раз зевнул. Чуть челюсть не вывернул.
В обжитый мною бар вошел пилот с новоприбывшего корабля. Похоже, гуманоид – рост, телосложение и все такое. Лицо закрывал шлем – за двойным шлюзом дверей воздуха не было.
Шлем аккуратно лег на стойку…
Человек. Совсем молодой парень. Наверное, в космосе начал пахать, как я на ферме – сначала за пульт, потом в школу. Хорошая осанка, ровная походка. В движениях что-то экзотианское, но костяк средний. Полукровка? Пфайфики защебетали с ним по-своему. Какой-то – я их не различал – показал на меня. Парень обернулся. Странные у него были глаза. Длинные, теплые, похожие на серебряных рыбок. Мне как-то не попадались такие раньше.
Он сел за соседний столик. Я кивнул, предлагая поделиться своим кружечным изобилием. Он по экзотиански склонил голову набок, отказываясь. Точно – полукровка. Тонкие черты, темно-рыжие волосы. Красавец. Бабы от него, поди, без ума.
Мой собственный опыт общения с противоположным полом все еще бродил вокруг борделя. Я никогда не знал, о чем с дамами можно говорить, чего от них особенного хотеть и все прочее. Моя мать… Я не был любимым сыном. Им был мой старший брат Брен. Родных сестер не случилось. Погодки двоюродные росли слишком девочками и сторонились мальчишек. Мы с Бреном подглядывали за их глупыми играми.
Я помотал тяжелой от сна башкой, и полукровка нервно оглянулся. Война и гражданским психику попортила…
Надо пойти размяться хоть как-то, а то уже задница приросла к стулу.
Я полез наверх по ржавой лестнице – в барах такого типа автоматически предполагается зал для отдыха.
Зал нашелся. Пустой. И из всех развлечений досталась мне родная физкультура. Хорошо хоть пфайфики не видели, каким способом я перевожу кислород. Вот бы оскорбились. Я увлекся. Вернее, слышал мерный скрип лестницы и видел проекцию одинокой человеческой фигуры на экранчике спецбраслета, но не отреагировал – это же не личное помещение. Да и кто мог закашлять за моей спиной, если не новоприбывший пилот?
– Чего тебе? – спросил я, не оборачиваясь: так скрутился растяжкой, что фиг обернешься.
– Мне стрелок нужен. Ты часом не стрелок?
Голос мягкий, приятный.
Я продолжал растяжку, размышляя, надо ли мне вообще с кем бы то ни было разговаривать? Но мысль о семи днях на астероиде победила. Разговор – тоже развлечение.
– Я часом занят. Сильно.
Полукровка недоверчиво хмыкнул. Видно, пфайфики уже рассказали, как «сильно» занят их гость. Однако комментировать я не собирался.
Он подождал.
– Могу заплатить горючим.
Я наконец выпутался из своего узла и развернулся к нему. А парень-то озабочен: глаза-рыбки прищурены, под ними залегли тени, красивый рот кривится. В полутьме бара я этого не заметил, но тут он встал в аккурат под «лампочкой». – Я не на стандарте сказал? – спросил с маленькой угрозой в голосе (большая моему росту не полагалась). – Я занят. И деньги мне не нужны.
Полукровка круто развернулся и затопал вниз по лестнице. А мне сразу расхотелось заниматься – тоска встала перед глазами во всей своей зеленой красе.
– Эй ты, – сказал я в удаляющуюся спину. – На сколько дней тебе нужен стрелок?
Он остановился. Кажется, вздохнул – лопатки дернулись. Снова полез вверх.
Я еще раз смерил его взглядом – нет, не экзотианец, но что же в нем не так?