Сейчас же от того «самого кафе» осталось только название. Здание оставалось таким же большим, но современным: перламутровый пластик сверкал многоцветьем, привлекая внимание к себе, на фасаде большой улыбающийся розовый слон двигал хоботом-лампочками, зазывая гостей. Зайдя внутрь, бывшие одноклассники, внимательно рассматривали интерьер. Стены были облицованы пудрово-розоватым кварцем, на них – картины-кадры из фильма «Боба и слон» и мультфильма. Фотографии прежнего, советского интерьера, со знаменитыми гостями, размещены ближе к сцене, где исполняла какая-то группа репертуар советских песен - попурри. Помещение разделено на несколько зон: общую, кабинки и вип-залы. Появился второй этаж, которого ранее даже в проекте не существовало. Небольшие столики украшены белыми накрахмаленными (!) скатертями, на них – вазочки с полевыми сезонными цветочками, салфетницы, спецовницы, плейсметы с рекламой заведения. Всё очень уютно и красиво.
Константин с Есенией поздоровались с подошедшим к ним администратором, попросили кабинку, им указали путь вглубь заведения: небольшой зал, разделённый на несколько секций, каждую прикрывали плотные шторы фиолетового, почти чернильного, цвета. Создавалось ощущение, будто находишься в подпространстве – как в китайской шкатулке. Обманное свойство помещения: снаружи одно, внутри другое - намного больше. Музыка тут не особо слышна. Как раз для того, чтобы поговорить. Сделав заказ, мужчина и женщина выжидательно смотрели друг на друга, в большей степени - женщина.
- И?.. – свет вдруг чуть приглушили, словно кто реле повернул. – Что ты мне скажешь, чтобы я осталась, Константин? Я ведь могу встать и уйти… - хмыкнула порывисто Есения, встряхнув криво обстриженной гривой.
- Пожалуйста, подожди. Вот же нетерпеливая. У тебя семеро по лавкам? Знаю, что нет. – Константин ухватил одну ладонь женщины, когда та хотела что-то сказать, жестикулируя возмущенно, и мягко огладил её своими длинными музыкальными пальцами. Жертва незадавшегося куафёра напряглась.
- Есения, радость моя, пожалуйста… - мужской голос слегка снизил тон, почти обволакивая слушательницу бархатным тембром, та моментально поняла, что он на неё пытается воздействовать гипнотически, как вдруг на её лице появилась чарующая улыбка, глаза озорно засветились, она свободно откинулась на диванчик, выдернув свою ладонь из захвата, и расслабилась. Мужчина аж задохнулся от такого преображения: только что смотрела обиженным взъерошенным ёжиком, и вот перед ним сногсшибательная обольстительница.
- Знаешь, я охотно тебя послушаю, только вначале приведу себя в порядок. Полагаю, ты подождешь меня некоторое время?
Тот согласно мотнул головой потрясённый такой метаморфозой. Женщина пластично выскользнула из-за стола, прихватив свой клатч, лукаво улыбнулась кончиками губ и исчезла, оставляя за собой аромат вечерней реки, лесной поляны, сосновой хвои и цветочной пыльцы с карамельными нотками. Он аж повёл головой в сторону выхода, прикрывая веки от удовольствия.
- Эта валькирия меня с ума сведёт. – хмыкнул мужчина, затем резко привстал: - Неужели сбежит?.. – задумался и, осклабившись, уверенно произнёс: – Нет, вернётся. Однозначно! Она же любопытная…
Есения же, оказавшись в уборной, ужаснулась, увидев, как она испачкалась в земле, когда находилась в пещере. Еле очистила пальто и платье, попросив щетку у обслуживающего персонала, привела в относительный порядок макияж, причёску, хохотнула, вспомнив обстоятельства, при которых была обстрижена своим «медведем-шатуном», кокетливо улыбнулась самой себе и царственно выплыла из туалетной комнаты. Когда она появилась в кабинке, то на столике уже находились салаты, закуска и бутылка шампанского – Moet & Chandon Imperial Brut.
- Ого! Moet & Chandon - шикарно живёте, молодой человек! А почему не Rose Imperial? – с мстительным удовольствием отметила, как Константин, хмыкнул на её замечание, слегка скинув напряжение, с самодовольной улыбкой обласкал её взглядом, убедившись, что та села напротив него. – Боялся, что сбегу? – тот уверенно вскинул бровь. – Не дождёшься!
- В Rose Imperial мне не очень нравится привкус перца, но вот этот же Брют 2020 года мне нравится больше, там такой запах цитрусовых и крыжовника. М-м-м…
- Жаль, запах персика и мяты я люблю больше, - прищурив взгляд, загадочно обронила Есения. – Хм, не такое оно и перчёное. Всё-таки стоит прилично… - улыбка стала насмешливо ироничной. - Но, - подумав, добавила она задорно, - считаю, нам и это подойдёт.
- Я рад, что в тебе не ошибся, радость моя Есения, - обертон всколыхнул, обволакивая женщину мягкостью. Та про себя ухмыльнулась: «Ну-ну, мальчик научился общаться с женщинами, вот же павлин!»