Но доктор, успевший за прошедший день наслушаться слухов в полной мере, говорить хотел совсем не о здоровье Павла.
— Что же вы творите, молодой человек? Вам, молодым, свойственны глупости, да что там, сами такими были, но меру-то надо знать. Вы бы не губили свою будущность, господин подпоручик.
Алексей поначалу растерялся, куда клонит доктор. После сегодняшних всевозможных слухов он подозревал, но не мог поверить, что об этом можно говорить всерьёз. А доктор всё продолжал.
— Хотя бы здоровье своё поберегли бы. Сами не заметите, как потеряете, а ваше… времяпровождение будет принимать всё более извращённый характер.
Внутри Алексея резкой вспышкой мелькнула злость. Он побелел так, что губы стали как у утопленника. И вслед за злостью пришло сожаление, что теперь он понимает, о чём ему говорят.
— Он мой брат, — под конец голос приблизился к крику.
Доктор только покачал головой.
— Хорошо бы, только так оно и было, молодой человек. Хорошо бы.
И бормоча себе под нос о загубленной блестящей карьере, он ушел.
Двери не были толстыми, так что весь разговор на лестнице Павел отлично услышал. Алексей это сразу понял, стоило ему обернуться и взяться за дверную ручку. Заходить сразу перехотелось, но выбора у него не было. Он плотно закрыл за доктором дверь и прошёл в комнату. Посмотрел на внимательно глядящего на него Павла. Бросилась в глаза свежеперебинтованная спина, бинты на которой снова начали окрашиваться. Алексей угрюмо задумался, станет ли брату лучше, если его не будет существовать.
Стараясь не греметь стульями, он собрал себе подобие постели и только потом заметил, что Павел уже задремал. Вот и хорошо, подумалось с облегчением. Хоть отдохнёт от боли.
Алексей погасил все свечи и шёл к своему спальному месту, но остановился у кровати. Посмотрел на спящего Павла. Долго разглядывал расслабленное и удивительно беззащитное лицо. Протянул руку погладить слишком коротко обстриженную и наверняка колючую макушку. Прикоснуться он так и не решился. Погладил рядом подушку и ушёл.
Глава 15. Яблоко от яблони
Где-то далеко выла собака. Павел открыл глаза. Глаза были сухими, с закисшей слизью в уголках и слипшимися ресницами. Нездоровыми. И сам Павел не был здоров. В столь ранний час, а стоявшие на столе часы не пробили и четырёх, его подняла подскочившая температура, которая дала о себе знать сильной жаждой. Слюнные железы будто забыли своё предназначение и вместо слюны медленно вырабатывали густую отвратительную жидкость, что липкой тюрей вставала в горле и угрожала удушьем.
Раздались звуки сдерживаемого кашля — попытки освободить горло, и за ними тихо скрипнул пол. Это Павел поднялся и пошёл искать для себя столь необходимую воду.
Заслышав шум, вынырнул из своих мыслей уже успевший глубоко уйти в печальные думы Алексей.
— Павел?
Ножки стульев прошлись по полу с неприятным звуком, и Алексей скатился со своей импровизированной постели.
— М?
Все мысли Павла были заняты поиском воды. Да где же этот графин? Найти бы его скорее и снова забраться под одеяло, в тепло. Он провёл сухим языком по губам, движение вышло неприятно липким, словно это был не его собственный язык, а какой-то горячий слизень. Мерзость. Перед глазами поплыло, он медленно моргнул, а когда снова их открыл, прямо перед ним было лицо Алексея.
— Что случилось? Снова боль усилилась?
— Пить хочу…
Алексей торопливо подошёл в столу и выплеснул в стакан остатки воды из чайника. Несколько кусочков накипи попали в стакан и взвились там, замучивая воду. Медленно он поднёс его к руке Павла, который несмотря на слабость сразу же с силой взял стакан и с жадностью выпил. Ощутилось так, словно он не выпил полный стакан воды, а едва пригубил. Только на губах осталась пара капель. Павел поторопился их слизнуть, а потом снова провёл языком в надежде найти ещё. Но губы были абсолютно сухие. На глаза попался рукомойник, Павел направился было к нему, но вспомнил, что последние капли из него вытекли ещё вечером. Жажда лишала покоя и сводила все мысли к одному. Он отрешённо и ни на что не надеясь подёргал за цепочку — уж очень хотелось пить. Но как и ожидалось, воды не было. Павел попытался сообразить, где в чуждой квартире можно было найти ещё воды.
Со сна Алексей не сразу понял, что мучает Павла но, поняв, он бегом накинул на себя плащ, натянул на босу ногу сапоги и прихватил с собой чайник. Крикнул на ходу Павлу, что мигом вернется и, проскакивая ступеньки, помчался по лестнице вниз к квартирной хозяйке, проживавшей в комнатах на первом этаже. Запасным вариантом было набрать снега на заднем дворе, но найти достаточное количество хотя бы сносной чистоты представлялось непростой задачей. Снега в этом году выпало мало, а непривыкшему к местному климату Алексею казалось, что его и вовсе почти нет.