И целый день не поднимала глаз. Старательно намывала посуду. По нескольку раз перетирала тарелки и блюда. Ловила в них свое уставшее отражение.
Очередной день давно закончился, и все торопливо ели остатки с господских столов. На мойку вошла Тиара выплескивая на них свое недовольство.
— Почему кругом грязь бездельницы? — окинула злым взглядом, и все вжали головы.
Мойка блестела чистотой, Лара даже котлы перечистила, начав сразу с них, пока девчонки сами домывали посуду.
— Вам лишь бы пожрать. Не заслужили еще, — рычала на них волчица. — От собак на псарне и то больше толку, чем от вас!
— Все чисто госпожа, — выдохнула Алима.
— Молчать! — замахнулась на нее, и Лара не поняла, как вклинилась между ними.
— Оставьте ее, — дрогнул голос.
— Да как ты смеешь дрянь? — ударила уже Лару, и она отлетела на пол. Сжала щеку, чувствуя, под пальцами кровь и рвано вздохнула.
— Убрать ее отсюда. Отправить в постирочную прямо сейчас. И скажи там, чтобы не давали спуску, — прошипела Алиме и прошла к выходу.
— Вот куда ты полезла? Кто тебе просил? — забормотала женщина. — Нашлась тут заступница! И ничего бы со мной не сделалась от одной оплеухи, — жамкала в руках фартук. — Иди, отведи ее, — бросила Лиите. — И так еле справляемся, еще и эта…
Лара уже не слушала, ступая по каменному коридору. В горле стоял горький ком. Они прошли весь нижний ярус и поднялись по лестнице. Вышли во внутренний двор и Лара поежилась. Уж не Трум ли подговорил сестру отправить ее подальше от остальных? Сделалось жутко.
Постирочная находилась сразу за купальней. Рядом на ветру трепыхалось растянутое на веревках белье. Вошли внутрь, и в нос ударила сырость, стало теплее.
— Эх, — вздохнула Лиита. — Совсем без рук теперь останешься, — толкнула дверь. — Тамира! — позвала громко и навстречу выпорхнула светловолосая девушка. — Где Тамира?
— Так уже отбой. Спать пошла.
— Значит, передай ей, что от госпожи Тиары пополнение прибыло. Ну, бывай, — улыбнулась скупой улыбкой и оставила Лару на девушку.
— Я раньше тебя не видела. Пришлая что ли? И за что сослали сюда? — поинтересовалась та.
— Так говоришь, словно здесь каменоломни, — буркнула Лара.
— Поверь, так и есть, — вела ее по коридору, объясняя, где и что. — А тут, — открыла дверь, и их обдало теплом и влагой, — основная стирка. Сейчас выполощешь белье и выжмешь, а я утром все развешу на веревки, — тут же спихнула на нее свою работу.
Лара огляделась. Словно в огромной купальне. Широкие лавки, деревянные лохани и кадки. В углу остывающая печь. Торопливо стянула с себя платье, чувствуя, как все напитывается влагой. Чуть приоткрыла в коридор дверь и принялась за работу. Если поторопится, то она еще успеет пару часов поспать до рассвета.
5
Кирх не находил себе покоя несколько дней. Все мысли крутились вокруг замухрышки. Мысль, что его истинная — человеческая девка, разливалась под кожей кипятком. Он злился, чувствуя ее присутствие, понимал, что от нее надо избавиться и не тревожить зверя.
Закон един для всех, но какой же сладкой она оказалась. В паху потяжелело, стоило лишь вспомнить, как врывался в узкое лоно.
Он завибрировал, представляя ее на своей постели. Захотелось разложить девчонку и рассмотреть. Вытряхнуть из серых тряпок. Стащить платок и растрепать тяжелую косу. Вот только не понимал зачем?
Кипел как котел, злился. И каждый день откладывал казнь на потом. Успеет! Когда наиграется с ней! Он может взять любую. Сколько их прошло через его постель! Люди для этого и существуют, служить своим господам. Почему он должен себе отказывать? А со своим зверем он разберется позже.
Что ему стоит свернуть тонкую шейку?
— Мой господин, — выдернула из мыслей Тиара и он резко развернулся. — Мне показалось за ужином, что ты хотел меня видеть, — мялась на пороге.
— Тебе показалось, — втянул воздух и его передернуло. От Тиары пахло замухрышкой. И ее кровью. — Где ты была? — шагнул к ней, и она отшатнулась, улавливая ярость.
— Делала обход кухни, мой господин, — склонила вниз голову.
— Я освобождаю тебя от этих обязанностей, — перешагнул порог. — Можешь идти к себе.
— Но господин…
— Нет!!!
— Может прислать тебе девушек?
— Я сказал, убирайся. Ты загостилась, тебе пора домой! — зарычал от бешенства, и Тиара дернулась как от пощечины.
Кирх почувствовал острое желание вцепиться ей в глотку. Его уже раздражала эта заносчивая идиотка, возомнившая себя здесь хозяйкой. Он никогда ей ничего не обещал!