— Какие пташки, — вынырнул из-за поворота рыжий детина, и сгреб Ишу в охапку. — Идем со мной милая, к утру верну, обещаю, — оскалился хищно.
Иша лишь скупо улыбнулась, и оборотень уверенно потащил ее по коридору. Лара шумно выдохнула и посмотрела на Лииту.
— Надо кому-нибудь сказать, позвать на помощь, — прошептала потеряно.
— Кому? Сразу видно, что пришлая. Еще предложи кросарду сообщить. В Тархоле это обычное дело. Оборотни пользуют женщин, когда захотят. Кто по умнее сами находят себе покровителя и живут припеваючи. Тут главное не ерепениться, и хорошо ублажить господина. Рано или поздно он все равно переключится на другую.
— Но так нельзя, — передернулась Лара.
— Господам можно все, — потащила ее к черному выходу.
Пока они мылись, Лара старалась гнать от себя мысли об Ише. Бедная девушка, а ведь ей завтра снова к чанам. Но кого это волнует?
Утром снова дремала у котлов, прислушиваясь к закипанию воды и посторонним звукам. Ведро звякнуло, и она встрепенулась. На пороге стоял ухмыляющийся Логан.
Лара улыбнулась в ответ, прогоняя дрему, и даже перекинулась парой фраз, узнав, что на улице был дождь. Захотелось прогуляться, подышать чистым воздухом. Сейчас весна, все цветет и благоухает. Она любила это время года. В Вогртайме весна начиналась гораздо раньше.
— Когда-нибудь я дослужусь, и мне позволят жить за пределами замка, — мечтательно протянул Логан.
— Здесь это возможно? — вскинула бровь.
— Только если ты не беглый. Тут главное усердно трудится и не перечить господам. Так что веди себя хорошо, а то в пришлых много гонора. На днях вашего мужика так плетью отходили, что помер бедолага.
Лара передернула плечами, по спине пробежал холодок.
— Да я бы вообще не попадалась никому на глаза, — вспомнила Ишу.
— И это тоже, — нахмурился. — Мне пора, не грусти, — подмигнул и понес горячую воду на верхнюю кухню.
А Лара привычно окунулась в утренние хлопоты, натирая полотенцами до скрипа посуду. И искоса поглядывала на опоздавшую Ишу, что хмурилась, и нелепо передвигала ноги.
— Девочки обед, — впорхнула Лиита. — Смотрите, что нам сегодня перепало, — водрузила на стол поднос с кусочками мяса и корками от пирогов.
— Быстро ешьте, пока затишье, — проворчала Алима, и все дружно набросились на объедки.
Лара жевала, вспоминая, как готовила наваристые похлебки, и пекла к праздникам сладкую сдобу. А объедки всегда относила псу. Вздохнула, прихлебывая чуть подслащенным чаем свою горечь.
— Давно к нам мясо не попадало, — произнесла с набитым ртом Иша.
— Потому что до нас его просто не доносят, — буркнула Алима.
— А я бы похлебки поела со щавелем, что варила мужу, — вырвалось вдруг у Лары и девушки с интересом уставились на нее.
— А правда, что в Воргтайме, у людей вольная жизнь? — не выдержала Иша.
— Правда, — покосилась на нее Лара.
— А как это? — поинтересовалась Лиита.
— Это когда с тобой обращаются по-хорошему. Не бьют и не унижают. Женщин не берут против воли. Ты можешь выбрать себе любую работу, и тебе за это заплатят. И есть надежда на будущее. Люди там счастливы и добры друг к другу.
— А ну тихо, — пригрозила Алима. — Накличете еще плетей на свои спины.
— Плетей здесь и за меньшее получают, — раздалось с порога, и они подпрыгнули. В дверях стоял сам кросард и буравил Лару злым взглядом.
Атмосфера в замкнутом помещении мгновенно сгустилась, придавливая тяжестью перепуганных женщин. Рука Лары дрогнула, и она со стуком опустила на стол кружку. Шумно вздохнула и переступила с ноги на ногу.
— Они ни в чем не виноваты господин, — произнесла тихо.
— Значит, за эти разговоры придется расплачиваться тебе, — повеяло угрозой, и Лара сжала подол платья.
Щиколотки оголились, и взгляд Кирха на мгновение прилип к ним. Жадно втянул носом воздух, чувствуя, как в груди заскребло. Тиара уже несколько дней не спускалась сюда, и трах*ть ее совсем стало невмоготу. Другие девки тоже не вызывали желания.
— Идем, — направился к выходу, и Лара закаменела. В спину тут же подтолкнули, и облегчение прошелестело шумными выдохами.
— Еще раз откроете свои рты, утоплю в чане, — пригрозила девчонкам Алима, и те согласно закивали головами.
А Лара шла за кросардом, сворачивая на темных поворотах коридора. Встречные слуги втягивали головы и отводили глаза. Торопились исчезнуть с пути своего господина.
Только Шейн кивнул кросарду и хмуро глянул на нее, прожигая в спине дыру, пока они не свернули в боковое ответвление. Дверь скрипнула, и в нос ударил стылый воздух. Они оказались в огромном погребе.