5.
Они всё отчётливее могли слышать грохот падающих обломков где-то наверху. Слышали треск горящих деревянных балок, треск камня и корчащихся в пламени золотых украшений.
– Нам надо уходить как можно быстрее. Это место скоро завалит нас вместе с коридорами – может и вместе с самим храмом. – вскричал Серум.
Они с Максом подхватили тело капитана, которое всё ещё было невероятно слабым и на грани бессознательности.
– А как же он? – сказала Мира и ткнула пальцем в тело Бурого, который очень медленно и сбивчиво дышал.
– Ты ему не поможешь – громовые кристаллы при тесном контакте очень опасны! Он скорее труп, чем живой, а тут ещё и пожар бушует!
– Надо уничтожить статуи. И всё это место целиком! – сказала она и вытащила из сумки один из ливениров.
– Обожди момент, Мирабель! Дай нам вместе с Девриеном отойти на достаточное расстояние! – крикнул Серум, убегая за поворот коридора.
– Вам десять секунд! Раз... Два... Три... – она крепко сжала бутыль в руке. – Четыре... Пять... Шесть... Семь... Восемь...
– Мира!
– Девять...
– Десять! – прорычал Бурый.
Подлетев с пола, он яростно бросился на девушку. Не разбирая дороги, он снёс своим телом несколько десятков склянок с самыми разными растворами внутри, перевернул один из столов, отшвырнул в стену небольшой стул.
– Нет! – девушка размахнулась и бросила ливенир прямо в тело Бурого, но тот достаточно ловко увернулся и отбросил колбу в сторону. На этот раз он совершил ошибку.
Склянка с живой стеной пламени разбилась об одну из стеклянных колб. Облизывая толстые стенки колбы, яростный рокот и свист пламени внезапно многократно усилился, после чего небольшой зал заволокло красной пеленой живых крохотных частиц, которые стали растворяться в пространстве.
– Только не они! – взревел Бурый, а затем зашёлся диким кашлем.
Мирабель быстро побежала прочь из Зала Пустоты, прихватив со стола сумку с разными химикатами. Уже на пороге она бросила ещё несколько ливениров в комнатку, совершенно не разбирая, куда именно. Жар до невозможности страшных ливениров стал плавить стены подвешенной в воздухе комнаты. Колбы одна за одной стали лопаться, разнося споры по пещере и наполняя пустоту под маленьким залом новой порцией смерти.
Храм затрясло. Бушующий пожар на верхних уровнях и разгорающийся на нижних не оставляли никакой надежды Самуэлю – его душило огромным потоком спор, которые просачивались в его тело и заполняли лёгкие и кровь. Даже если бы он хотел сбежать, то у него попросту не было выхода. Зал Пустоты стал крениться, словно подбитый корабль, а затем и вовсе стал обваливаться от всё более и более ощутимой вибрации.
Мира, Макс и Серум добрались до первого уровня и ужаснулись – практически каждый уголок танцевал языками пламени, которые доходили до потолка. Их единственный выход из этого места был в дыму и копоти. Видимо, обрушенные деревянные перекрытия успели прогореть до того, как занялись остальные части зала. Использовав воздушную гранату, они разогнали чёрный едкий дым со своей дороги и выскочили внутри наземного храма.
Бурый упал на колени и всё кашлял и кашлял. Как бы ему не хотелось сейчас оказаться на поверхности, но он не мог. Красная завеса спор уже плотно растеклась по полу, избегая жара сверху. Он разгонял их руками, но они всё лезли и лезли в его тело, пока он не свалился на растрескавшийся пол. В этот момент кусок пола, соединявший зал с внешним коридором, провалился в пещеру. А спустя момент и весь Зал Пустоты откололся от подземного храма и улетел в непроглядную темень.
Наземный храм полыхал также, как и Храм Пустоты. Старые, давно прогнившие доски и фермы коптили и заходились большими клубами чёрного дыма, который выходил сквозь битые грязные стёкла колокольни. Вся левая стена горела ярким и мощным огнём. Стояла удушливая вонь, дым закрывал хоть какой-то обзор. Отряд прижался поближе к полу, пока они не услышали громкий крик капитана Берро:
– Капитан Огюст! Капитан Огюст!
– Мы здесь! – крикнула что есть сил Мира куда-то вглубь дымовой завесы.
– Быстрее! Ломайте стену!