Он подошел поближе и потрогал стену. Опалубки крепко соединялись между собой чем-то, похожим на саман, от чего стены, которые с первого взгляда выглядели ненадежно, были довольно крепки. Й`оль оглядел домишко еще раз. Крыши не было. Строение закруглялось, больше походя на кокон. Повертев головой, алхимик приметил невдалеке еще несколько таких же домов, прильнувших к стволам.
Не задерживая Яэра, Й`оль прошел вслед за Гривалем. Внутри дом оказался таким же простым, как и снаружи. На полу, прямо поверх бурной лесной травы, были набросаны циновки. На окнах, пропускающих в дом немного света, не было даже занавесей. Помимо стола и нескольких лавок, сделанных из того же материала, что и стены, не было ничего. Й`оля и Гриваля обступили неприветливые голые стены.
— Здесь довольно пусто.
— Дом новый. После того как мы бежали с прошлого места, прошло не так много времени. Все дома, что здесь есть, построены недавно. Есть и необжитые, как этот. Вы останетесь здесь на эти пару дней.
«Мы будем здесь одни?»
— Я буду здесь с вами. Так, на всякий случай.
Пока Гриваль прохаживался по незамысловатому дому, осматривая обстановку, в помещение боязливо вошла девушка, в нерешительности взглянув на Яэра.
— Эшю, ты вовремя. Гости давно не ели. Раздобудь для нас немного еды.
Поспешно дернувшись, девушка, не проронив и слова, ушла.
— Располагайтесь. Скоро вам принесут еду.
Яэр протянул рукой вдоль лавок, также присев на одну, подальше от стола.
«Я не вижу здесь печи или какого-то огня».
Осмотревший помещение Гриваль наконец сел за стол, присоединившись к Й`олю.
— Нам она и не нужна. Мы едим обычно свежую еду. На огне готовим редко. Если вам нужно что-то из вашей, человечьей еды, можете приготовить на костре снаружи.
«Нет. Все в порядке».
Уже вскоре девушка, которую Яэр назвал Эшю, вернулась с несколькими другими, несшими, по всей видимости, еду. Все так же боязливо они начали накрывать на стол. Впрочем, многого времени это не заняло. Перед Й`олем и Гривалем поставили две маленькие деревянные миски, приложив к ним нехитрый прибор, похожий на маленькие вилы. Кроме них на столе возник небольшой чан. Бурая жижа, неприятно хлюпнув, вылилась девушками в миски. Гриваль взял вилку и недоверчиво поводил по мутной жидкости, но та натолкнулась на препятствие. Вытянув прибор, Гриваль поморщился: между остриями вил что-то намоталось. Он покрутил вилку, но это «что-то», извернувшись, еще сильнее обмоталось вокруг. Не имея возможности спросить, он перевел взгляд, наполненный смесью удивления и отвращения, на Й`оля. Тот, в свою очередь, придвинулся поближе, желая рассмотреть.
— Не может быть. Это что, личинки зофобаса? Никогда не видел настолько крупных!
— Да. Они. Мы издавна разводим их. Наши в разы крупнее диких.
— Поразительно!
— Ничего удивительного. Угощайтесь. Они довольно вкусные.
Тешивший до этого надежду Гриваль замер, в нерешительности поглядывая на коричневое извивающееся тельце, но затем, осмелев, разом засунул насекомое в рот. Быстро работая челюстями, он старался прожевать склизкую личинку. Расправившись с ней, сразу же сглотнул. Подождав пару секунд, Гриваль бросил взгляд на свою миску, где, барахтаясь, шевелился еще целый ком насекомых, а затем решительно отодвинул лакомство.
— Да, большое спасибо за угощение. Не хочу показаться неучтивым, но я не ем живое. Для моего друга, это, кажется, тоже слишком.
Яэр презрительно ни них покосился, но все же кивнул все еще стоящим неподалеку кьянаткам, которые, также шустро подхватив миски, унесли их.
— А я уже и забыл, какой слабый у людей желудок.
Долго Эшю ждать не пришлось — не прошло и пары минут, как она вернулась, неся в руках небольшой сверток. Она, быстро положив его на стол, удалилась. Внутри оказалось что-то зеленое. Й`оль взял тонкую пластину и покрутил ее против слабого света, льющегося через окно.
— Это листья гравилата в панировке. Надеюсь, понравятся больше.
Яэр, развалившись на лавке, ухмыльнулся. Под его тяжелым взглядом даже напускная вежливость выглядела как насмешка.
Прекратив пялиться на еду, Й`оль и Гриваль положили листья в рот. Те смачно захрустели. Сначала нерешительно, приятели начали есть, но, к их удивлению, листья оказались вкуснее, чем они могли себе представить, поэтому, лист за листом, они съели их все до последней крошки.
«Это было вкусно. Благодарю».
— Не стоит.
— Нет, Гриваль прав, вы очень добры, раз позволили нам остаться.
— Это решение агвы, согласны мы или нет. К тому же это всего на несколько дней.
— Говоря об этом, агва сказала, что мы можем остаться здесь до Прощания. Что это?
— Так мы называем день, когда прощаемся с умершим.
«С Юэй?»
— Да, раз мы теперь знаем, что она мертва, и ее янтарь вернулся к нам, мы можем провести обряд.
«Как он будет проходить?»
— Делать вам ничего не придется. Соберутся все, чтобы проводить. Сами все увидите.
«Я хотел еще кое-что спросить».
— Что?
«Тот янтарь, который остался от Юэй, могу я получить его назад?»
— Нет.
«Почему?»
— Ты не понимаешь, человек. Для нас это не просто камень. Первый янтарь ребенку дают родители при рождении. Кьянаты всегда верили, что этот камень защищает. Это оберег. Потом на каждый прожитый год добавляется еще один. Если ты будешь делать что-то для народа, агва дарует тебе еще. Считается, чем больше нанизано на бусы, тем больше чести. Когда кьянат умирает, его бусы отдают агве, а она присоединяет их к остальным, чтобы умерший мог воссоединиться со своим народом. Если кьянат умрет, а его оберег не добавят к остальным, он вечно будет скитаться по земле, не найдя покоя. Поэтому-то тебя здесь и приняли, человек. Если бы не ты, дух Юэй не смог найти покоя.
«Этого она мне не рассказывала».
— Люди редко понимают наши обычаи.
— Нам нужно быть здесь до самого Прощания?
— Агве нужно подготовится. Но если не хотите, вы вправе уйти.
«Нет. Мы останемся».
— Как скажете.
— Тогда, может быть, нам вернут наши вещи?
Яэр снова неприятно усмехнулся.
— Вы, конечно, гости, но ваше оружие вам не вернут до момента, пока не уйдете.
— И что же нам до этого момента здесь делать?
— Вы можете остаться здесь, или я могу показать окрестности. Конечно не во все места вам дозволено ходить, поэтому я буду сопровождать.
— Честно говоря, у меня уже давно ноги затекли сидеть, так что можно и осмотреться. Как считаешь?
«Согласен».
— Ну вот и договорились.
Расправившись с условностями, Яэр повел их по селению, хотя город или даже деревню это мало напоминало. Неприметные домики опутывали стволы деревьев, прикрывая могучие корни. Гриваль заметил, что домиков было не особо много, но точно сказать было сложно — почти незаметные, они порой искусно прятались в тени деревьев или зарослях густого хмелеграба.
«Здесь только дома».
— Да, раньше у нас было много построек. Некоторым были сотни лет, но они разрушены. Здесь и сейчас мы не строим ничего кроме жилых домов. Кто знает, как долго мы здесь пробудем.
Гриваль понимающе промолчал. Все это было ужасно рационально. Проходя мимо простых времянок на скорую руку, он все гадал, какими же были те здания, построенные так давно. Юэй не раз рассказывала, как они поглощали все дерево и переходили с одного крепкого растения на другое, образуя целые замки. Древние постройки настолько срастались с деревом, что уже сложно было отличить одно от другого. Глядя на эти крохотные хибары, сложно было поверить в то, что они могли быть настолько большими, что их можно было принять за крепость.
— А что там?
Поглощенный своими мыслями Гриваль посмотрел туда, куда указывал Й`оль. В нескольких десятках лимов расположилось причудливое строение, состоящее из нескольких крытых амбаров. В каждом отдельном пуне находились с несколько десятков ящиков. Неподалеку, оживленно переговариваясь между собой, столпилась группа кьянат. Они, по всей видимости, были заняты каким-то делом. Открывая ящик, что-то внимательно осматривали. Иногда вытаскивали, складывая находящееся внутри в корзину.