Мне оставалось только подчиниться. Свеженький Борис с еще влажными после душа волосами уже ждал нас в гараже. Он показался мне совсем не таким страшным, как вчера.
— Поехали, господа! — Борис распахнул двери небольшого микроватобуса, и мы залезли внутрь. Он быстрым и волевым движением дернул рычаг, переключающий передачи и нажал на газ, шины завизжали, в гараже запахло резиной. Машину занесло на резком развороте, но он, казалось, ничего не замечал и выскочил на улицу перед носом у несущихся машин. Раздались гудки и скрип тормозов.
— Ну что, выспался? — Борис посмотрел на меня. — Ничего, я тоже приехал и на следующее утро пошел на «Пусик». Надо добавить физической нагрузки, и справишься. — Неожиданно лицо его помрачнело. — Сегодня тебя будут оформлять, бумажки, страховки и прочее. Так ты учти, что читать и заполнять их будешь в нерабочее время. После шести имеешь официальное право, а с утра тебе нужно срочно изучать систему. Обязательно напомни, чтобы я тебе книги дал.
Машина снова вошла в стремительный вираж.
— Ах черт, — ругнулся Борис — не дал этот грузовик маневр закончить.
— Шины завизжали, и мне стало не по себе, так как в мои планы явно не входило погибнуть по пути на работу в свой первый рабочий день. — Надо сегодня будет с народом разобраться, — на этот раз Борис уже обращался к Андрею. — Мне не нравится, как они в последнее время ходят в перерыв кофе пить. Получается какое-то увеселительное заведение. Сидят, болтают, распустились. Я думаю, надо пожаловаться Ефиму. У нас и так слишком много работников. Раньше было всего несколько человек, и все были заняты. А теперь отлынивают от работы, и это еще полбеды. Ведь среди них есть недовольные, они и специально навредить могут! Хорошо бы уволить двоих-троих для острастки, тогда остальные сразу испугаются и будут детали собирать. Я ненавижу, когда люди получают зарплату за чаепития! — и лицо его побелело от злости.
Андрей слушал его, одобрительно кивая. Меня поразило то, как он смотрит на Бориса, слегка приоткрыв рот, с неизбежной заранее поддержкой и оправданием всего, что тот скажет. Я с тоской вспомнил о том, как в процессе работы чуть ли ни каждый час ходил к кофеварке, наливая себе все новые стаканы кофе. Впрочем, предстоящее ограничение потребления сотрудниками фирмы «Пусик» возбуждающих жидкостей было явно на пользу здоровью.
Тем временем мы неслись по широкой автостраде. Утро было прохладным и пасмурным. По сторонам дороги тут и там торчали бесконечные аккуратные здания знаменитых на весь мир компаний, в сером небе над автострадой взлетали и садились большие и маленькие самолеты. Казалось, вся Америка несется на работу в автомобилях или, на худой конец, спускается с небес в серебристых авиалайнерах. Мы свернули на дорогу поменьше, и вскоре на горизонте возникло двухэтажное здание компании Пусика. Оно надвигалось с невероятной быстротой и вот уже закрыло собой далекие лысые горы и поле с зеленеющей травой и цветами.
— Так что мы обязаны навести дисциплину! — Борис неожиданно перешел на английский, отчего я испуганно вздрогнул.
Стеклянная дверь отворилась. Мы вошли в чрево здания, поглощающего маленьких человечков, вылезающих из своих жучков-автомобилей. Внутри было прохладно, немного пустовато и как-то торжественно, как в пустом концертном зале перед представлением. На втором этаже рядами стояли серые коробки с зеленоватыми лампочками, издавая мерное жужжание. Между ними носился маленького роста китаец, на ходу соединяя провода и нажимая на кнопки. Движения его напоминали хорошо отработанные операции робота. Казалось, руки и ноги движутся сами по себе в одинаковом мерном ритме.
— Вот еще один пример. — недовольно сказал Борис. — Один Донг пришел работать заранее, остальные подтянутся минута в минуту, как будто не понимают, что по крайней мере десять минут будут усаживаться и раскладывать свои вещи. — Мы подошли к небольшой комнатке, уставленной компьютерами и незнакомыми мне приборами. — Это твое место на сегодня. — указал Борис. — Если будут вопросы, обращайся ко мне или к Андрею.
Я остался один. За дверью проходили какие-то люди, раздавались голоса, но ко мне никто не заглядывал. В каком-то смысле это было даже неплохо. Я с опаской посмотрел на приборы. «Прежде всего ищите кнопку включения питания»,
— вспомнилась шутливая инструкция написанная одним из физиков для своих коллег. Я начал ощупывать серую металлическую коробку и быстро нашел выключатель. Зеленая лампочка засветилась и раздалось мерное гудение. Эта картина совпадала с только что увиденным в большом зале, и настроение у меня немного улучшилось. Компьютер замигал и на экране показалась программа с множеством команд. Одна из команд называлась «Старт». Я нажал на эту кнопку. Неожиданно металлическая штуковина, стоявшая немного в стороне, закрутилась и начала двигаться взад и вперед по сложной траектории. Экран ожил и на нем появились графики и числа. Эта связь между железкой и экраном увлекла меня… Начинался мой первый рабочий день в компании Пусика.
Через час с небольшим в дверях показался Андрей.
— Ну, разобрался? — К моему удивлению, он заговорил со мной по-русски, нарушая одну из своих заповедей. — Отвлекись от работы, я тебя сейчас познакомлю с сотрудниками.
Мы вошли в средних размеров комнату, заставленную столами. В углу около больших книжных шкафов сидел Борис и подробно объяснял по телефону неведомые мне технические особенности системы Пусика. Напротив расположился китаец непонятного возраста, в рубашке без полосок, да к тому же с закатанными рукавами, обнажающими пухлые, женские руки. Он сосредоточенно глядел на экран компьютера, и руки его быстро бегали по клавишам.
— Это Вонг, — объяснил Андрей, — один из ведущих инженеров и работает с Пусиком уже много лет. Кстати, хотя он и родился в Америке, почти не разговаривает по-английски. Зато понимает все хорошо. Кстати, Ефим его очень уважает.
Вонг молча кивнул мне, причем глаза его оторвались от экрана лишь на секунду, а пухлые белые руки и вовсе не прекращали своих размеренных движений.
За соседним столом сидел широкоплечий парень, напоминающий донского казака с русыми, свисающими вокруг губ усами и грустным взглядом. Судя по полосатой рубашке и черным брюкам, он принадлежал к элите.
— Знакомьтесь, — Андрей перешел на английский, — это Петя. А это наш новый сотрудник, из Израиля.
Петя недоверчиво посмотрел на меня, потом снова на Андрея. — Очень приятно, — сказал он с жутким русским акцентом и сжал мою руку.
— И мне тоже, — ответил я по-русски, несмотря на предупреждения. Петя явно удивился.
— Как, вы еще оказывается и по-русски разговариваете? — он непонимающе взглянул на Андрея, который умирал со смеху.
— Петя был одним из сильнейших специалистов по математике и компьютерам в Москве, — шепотом объяснил мне Андрей, когда мы отошли в сторону. — Он работал с Борисом и тот, когда приехал в Америку, рекомендовал его Ефиму. Теперь он досконально разобрался в электронике и разрабатывает сложные схемы.
Я был поражен такой трансформацией и проникся уважением к донскому казаку с усиками.
— А вот это Игорь, тоже один из ведущих наших специалистов, — Андрей подвел меня к невысокому худенькому мальчику с маленькими острыми глазками, бегающими за выпуклыми линзами очков. Он казался студентом-первокурсником, но морщины и легкая седина выдавали его возраст.
— Я вижу, что количество сотрудников фирмы «Пусик» возрастает, — вежливо сказал Игорь со смешанным британско-русским акцентом, и глазки его как-то странно забегали.
— Игорь тоже попал сюда по рекомендации Бориса, — доходчиво объяснял Андрей. — Они вместе занимались большим проектом в Москве и мы решили, что Игорь хорошо справится с работой у Пусика. Он каждый день работает до полуночи! А это Джон, один из немногих коренных американцев, работающих у Ефима. Но на самом деле его тоже Борис рекомендовал. — Андрей продолжал выполнять свою роль гида-экскурсовода. У стены сидел симпатичный молодой парень с живым лицом. Он радостно помахал мне.
Мы зашли в другую комнату. Эта комната была более тесной, чем предыдущая. С потолка спускались черные, жирные кабели, в воздухе пахло жженой изоляцией, а на столах громоздились многочисленные приборы.
— Здесь у нас сидят люди рангом помельче. — Андрей как-то приосанился и надул щеки. — Знакомьтесь! — важно сказал он. — Наш новый сотрудник из Москвы.