- Почему сидишь одна? - спросил её на турецком, обрадованный тем, что имеет возможность говорить на родном языке без особых преград ещё с одним человеком.
- Присоединяйтесь - предложила она, уже увереннее приглашая разделить с ней обеденную трапезу. Свежий воздух пробуждал в ней аппетит, возможно по этой причине она заранее просила добавки в столовой.
Пока Музафер пробовал всего понемногу, девушка задумчивым взглядом прошлась по парку в поисках других людей. Внезапно поднялся ветер: высокие деревья шумно закачались, они были похожи на шепчущихся между собой соседок-сплетниц.
Очередной поток порывистого ветра смел со скамейки толстую тетрадь с заметками. Музафер поспешил помочь девушке собрать разлетевшиеся по земле листки.
Среди них оказались черно-белые фотокарточки. С нескрываемым любопытством он принялся рассматривать ту, на которой была запечатлена молодая супружеская пара с маленькими детьми.
- Это мои родители - объяснила Агнес, ощущая неподдельный интерес мужчины к фотографиям.
- Ты похожа на отца- промолвил Музафер, устраиваясь на скамейке.
- Все так говорят. А мой брат Лэши и внешностью и характером пошёл в мамину сторону.
Просмотрев фотографии, Музафер поинтересовался о ее планах на будущее.
- После окончания школы я проучилась в Высшей католической школе в Задаре. Знаете где это находится?
- В Хорватии. Город, основанный древними римлянами и знаменитый своими архитектурными памятниками. Собираешься посвятить себя служению Господу? - спросил он, прислушиваясь к веселому журчанию фонтана.
- Бабушка мне с детства привила любовь к богослужению. Собирается отправить меня в Италию, чтоб я продолжила учиться у известных богословов.
- А ты? Чего ты сама хочешь? - наконец повернул голову к ней и посмотрел в её бездонные глаза цвета неба.
- Я хотела стать журналистом, изучить много языков, путешествовать по разным странам - призналась девушка, взволнованная неожиданным проявлением интереса к ней.
Музафер широко улыбнулся, по всей видимости ему начала нравиться эта юная особа.
- Если бы я вовремя создал семью, хотел бы иметь дочь, похожую на тебя. Я слышал, вас переводят в Призрен?
Агнес в ответ кивнула, но на душе было совсем нерадостно, несмотря на то, что скоро воссоединится с остальными членами семьи.
Глава 14.2
Последние пациенты Заны, в числе которых был Музафер, получили при выписке документы. Оставаться в Битоле больше не имело смысла и времени.
Призрен встречал автобус с мобилизованным медперсоналом на полуразрушенной территории: на границе им объяснили, что зона Красного Креста изолирована и находится под особой охраной миротворцев.
Зане стало тревожно на душе, инстинктивно она ещё крепче прижала к себе дочь, уснувшую на её плече час назад.
"Хорошо, что Агнес не увидела всего этого" - подумала она, окинув взглядом перевернутую догорающую машину.
Размеры и внутреннее убранство госпиталя произвели впечатление на прибывших работников: здесь даже имелись комнаты отдыха и комфортабельные душевые.
Поначалу пациенты состояли преимущественно из числа пограничников и высших офицерских чинов, большинству из которых не полагалась Медицинская помощь в данном учреждении, так как госпитали Красного креста имеют своей целью предоставлять защиту и оказывать помощь пострадавшим в вооружённых конфликтах и внутренних беспорядках определённого государства.
Поскольку Призрен находился под контролем Армии освобождения Косово, в госпиталь могли поступать военные и пострадавшие во время конфликтов гражданские лица только албанской национальности.
Зана оказалась перед очередным испытанием: она понимала, что с самого начала все складывалось не так, как планировала. После разговора с золовкой, её периодически посещала мысль об участии Михаля (брата мужа) к её переводу в Призрен.
Каждая современная деталь в госпитале напоминала о том, сколько финансов было вложено спонсорами в его обустройство. Она уже жалела о том, что забрала с собой дочь, замечая, как та наравне с другими медиками работает не покладая рук.
Как раз в тот момент Агнес проходила по аллее перед окнами ее кабинета: вероятнее всего она направлялась в лабораторию, которая располагалась в соседнем здании.
С результатами анализов девушка поспешила обратно в госпиталь. Вместе с порывистым ветром, сквозившем между зданиями, до неё долетал чей-то крик. Она обернулась назад и чуть не вскрикнула от неожиданности. Перед ней стоял Музафер.
- Вы? - удивлённо уставилась на него. - Как вы сюда попали? Это охраняемая зона!
Не желая привлекать лишнего внимания со стороны патрулирующих по периметру территории, огороженной высокими бетонными стенами, увенчанными сверху колючими проволоками, Агнес потянула мужчину за собой внутрь здания.
- Мне нужно увидеть твою маму.
Девушке не терпелось узнать, почему он здесь и так взволнован, что незамедлительно повела его по коридору прямо в кабинет матери.
Зана приводила в порядок личные дела пациентов, когда дверь бесшумно отворилась и перед ней предстали вышеупомянутые лица.
- Здравствуй...те - с волнением в голосе отрывисто поприветствовал её Музафер.
- Я вас оставлю - едва взглянув на нежданного гостя, Агнес вышла из кабинета и плотно закрыла за собой дверь.
- Как вам удалось попасть сюда? - как можно спокойнее поинтересовалась Зана.
Музафер молча продемонстрировал ей удостоверение журналиста и паспорт с многочисленными заграничными штампами.
- Почему вы не уехали в Турцию? - задала ему очередной вопрос.
- Я звонил своему другу Деврану, он посоветовал мне уехать ещё дальше к северу.
- У вас какие-то проблемы?
Музафер не ответил, пристально глядя в глаза женщине.
- Чем я вам могу помочь? - тяжело вздохнув, наконец промолвила она.
- Для начала предоставьте мне место для ночёвки. Всего на пару дней. И позвольте мне воспользоваться вашим телефоном: нужно сделать несколько звонков.
После недолгих раздумий Зана решилась помочь мужчине, предупредив о том, что зона Красного Креста находится под контролем албанской армии, напоминая о мерах предосторожности.