– Предлагаю спастись нам обоим. Иначе твоя жизнь оборвется едва начавшись. Ты слишком молода, чтобы затеряться в этой серой пустыне, - Владыка выглядел таким реальным, что становилось жутко. Сколько еще он сможет взять у меня, прежде чем опустошит до смерти?
Он обошел меня по кругу, торжествующе улыбаясь. Все верно, инстинкт человека заставляет сделать все, чтобы выжить. Владыка не может ошибиться, ведь он все точно рассчитал – последний шанс, и он его использовал. Наши жизни связаны, и я никогда не смогу вернуться, не вернув в наш мир это чудовище.
Проклятая пиявка высасывала из меня жизнь, а я могла противопоставить лишь одно – способность, которую стыдилась, и считала своим наказанием.
Я – Целитель. Я могу вернуть тех, кто подошел к грани настолько близко, что уже не чувствует себя живым и принадлежащим нашему миру. Но Целитель не способен сделать то, что может Темный. Заглянуть за грань. Увидеть тех, кто находится по ту сторону. И призвать их. Ненадолго.
Небо сделалось темным, несколько молний пронзило низкие тучи, и Владыка, с лица которого не сходила торжествующая улыбка, внезапно застыл. На миг в его взгляде проскользнула неуверенность и что-то еще. Страх? Неверие в то, что я могу на такое решиться?
– Ты не сможешь это пережить! – он схватил меня за шею, и я почувствовала давление и боль, будто все, что здесь происходило, творилось в реальном мире. Когда он с силой поднял меня над потрескавшейся почвой, вцепилась обеими руками в его запястья, чтобы ослабить давление.
– Зачем умирать, когда мы смогли бы жить? В Храме есть тела, которые могут мне подойти. Не совершай ошибку. Алтарный камень нам поможет.
– Алтарный камень тебя ослабил и позволил убить. Ты так и не понял, почему Клауд так легко с тобой справился, - почти прохрипела я. – Это твое уязвимое место, то, что позволит нам стереть тебя из нашего мира.
– Тварь! – рука Владыки сжалась на моей шее, и я почувствовала, как стремительно меня покидают силы. Но перед смертью нужно было сделать кое-что еще.
– Нет! – меня почти оглушил крик Владыки, в котором слышалась ярость и отчаяние. Приоткрыла глаза, когда стена, отделяющая грань, стала истончаться и на той стороне начали проступить едва различимые фигуры людей. Незнакомые, и те, кого я видела в Храме, кто пострадал, благодаря Владыке. Вдалеке промелькнуло женское лицо я ярко-рыжими волосами, и я узнала в нем Жюли.
Они наступали, молчаливой угрожающей стеной, их было сотни, тысячи, и я понимала, что в желании отомстить Владыке за загубленную жизнь, они вряд ли пощадят меня.
– Нет! – снова крикнул Владыка, и тут же затих. Они приблизились к нам вплотную, обступили, и мне впервые в жизни сделалось не просто страшно, а жутко. Нет, от них не несло могильным холодом, они не выглядели как восставшие мертвецы, но больше не принадлежали этому миру, в них не было жизни. Они принадлежали той стороне. Куда нам всем не было дороги, и я только что посмела их потревожить ради собственных целей. Я посмела приоткрыть грань, окончательно став Темным Целителем.
Захват на моей шее ослаб, и я почувствовала себя свободной и стоящей на влажной от обрушавшегося на нас дождя почве. А Владыка таял на моих глазах, окруженный тенями тех, кого он лишил жизни. Тело пронзила холодная дрожь. Силы были на исходе. Мне ни за что не закрыть грань, и теперь я останусь среди этих теней, навсегда.
Внезапно, я почувствовала, как что-то невидимое меня обнимает. Нежное тепло обволакивало мое тело, придавая силы и желание жить и бороться. Тени отошли, словно опасаясь внезапно проявившейся силы, и спустя миг нас разделяла грань, призрачная, бурлящая, но по-прежнему непроницаемая. Я услышала голос, зовущий меня:
– Джети, вернись!
И я не могла ему сопротивляться.
***
– Вы посмели нападать на благородных жителей Содружества в самом его сердце! В Храме! Это возмутительно! Кто-то должен за это ответить!
Оратор говорил долго, периодически переходя на крик. Его срывающийся голос был полон экспрессии и напора.
Я украдкой зевнула, бросив взгляд на сидящего рядом Клауда. Почувствовала его теплое рукопожатие и успокоилась.
Вот уже пять часов мы находились на судьбоносном для каждого жителя Содружества судебном заседании, призванном наказать виновных и восстановить попранную справедливость. Разумеется, загнать на скамью подсудимых Псов, обвиненных в мятеже, никто не посмел, поэтому мы все собрались в огромном зале дворца Владыки, за круглым столом переговоров. Переговоры – это все, что оставалось уцелевшему и слегка прореженному Совету после событий недельной давности, когда теперь уже мертвый Владыка, оказавшийся Пожирателем, решил превратить Храм и всю столицу в кормушку. А его последователи, которые отчего-то решили, что он захочет разделить свою силу и власть с ними, практически уничтожили всех солдат, высланных на подавление бунта, и лишь Псам удалось их остановить. А если учесть, что первой волной выпущенной Владыкой силы были убиты, а затем возвращены к подобию жизни и подчинены несколько членов Совета и многие представители высоких родов… В общем, Совет осознавал зависшую над ним угрозу, но некоторые его члены все же не желали так быстро сдавать свои позиции, до последнего времени считавшиеся незыблемыми.