Клауда беспокоил вопрос - знали ли в Службе Безопасности Содружества, куда именно их отправили выполнять задание, и чем им грозила агрессия коренного народа планеты? Чего ждали от их экспедиции? Надеялись ли на то, что они вообще вернутся отсюда живыми? И, наконец, как решить проблему, когда твое слово не имеет никакого веса и жизнь не стоит ни гроша?
Клауд сжал недавно зажившую руку в кулак. У них все меньше времени, он должен защитить своих людей, должен спасти девушку, которой не нужна его забота. И все изменить до того, как будет отдан приказ об их ликвидации.
Глава 13
Я не сводила взгляд с неба, откуда к нам стремительно приближалась крупная точка корабля дипломатической миссии. Никому из нас было не по статусу вести переговоры от лица людей с народом Наги-ра. Теперь же это предстояло сделать представителям Содружества.
– Думаете, это что-то изменит? – Хок надел затемненные очки, скрывая глаза от слепящего солнца Наги.
– Не знаю, - меня мучили сомнения, но все же хотелось верить в лучшее. Разумеется, я была далека от мысли, что человек и Наги-ра смогут жить в мире и дружбе. Для этого нам всем предстоит пройти долгий путь. Но уже то, что Содружество не направило к планете пару крейсеров с бомбардировщиками, говорило о многом. Хотя, возможно, лишь о том, что события на планете получили ненужную огласку, и правительству пришлось выдавить из себя максимум добросердечия и толерантности, чтобы не быть подвергнутыми осуждению оппозиционеров, постепенно набирающих популярность в массах.
Мы все еще находились под защитой купола, который успел истончиться и почти не сиял. Думаю, если бы Наги-ра захотели нас уничтожить, у них бы не возникло сложности с этим. Вот только Наги-ра не спешили мстить нашему экипажу за убитых сородичей. Напротив. Иногда я чувствовала рядом с собой, точнее, в собственных мыслях чужое холодное присутствие змеиной королевы. Оно не было навязчивым или неудобным. Но меня изучали, и, наверное, не меня одну. Возможно, именно так хозяева планеты пытались понять неизвестный для них вид.
Мой браслет мигнул красным и я, кивнув на прощание Хоку, поспешила в медсектор. По дороге перебирала в мыслях, что могло произойти. Я вернулась оттуда около получаса назад, приняла душ и думала о том, что неплохо бы перекусить.
Мои пациенты были стабильны. Троих из них уже не имело смысла держать в реанимации, и они выздоравливали в общей палате. Двое тяжелых – мужчина охотник и женщина все еще оставались в медэксе. Я не была уверена, что на планете смогу им помочь.
Ворвавшись в медсектор, наткнулась взглядом на странную картину – один из пациентов, до недавнего времени подключенный к системе жизнеобеспечения, выдернул из тела трубки и порывался уйти. Его сдерживали двое помогавших мне Псов. Он вырывался из их захвата и дико орал:
– Мы все здесь сдохнем! Они нас съедят! Выпустите меня!
Я не могла позволить, чтобы с таким трудом зашитая рана на его боку снова начала кровоточить. Набрала в шприц дозу фолезепама и, улучшив момент, вколола ее в шею бунтаря. Несколько секунд он пытался сфокусировать на мне свой взгляд, затем обмяк в руках моих помощников и уснул.
– Нужно снова подключить его к системе.
Наблюдая за тем, как Псы выполняли мое распоряжение, я машинально перепроверяла результаты анализов буйного больного, отмечая у пациента расширенные зрачки, изменение цвета кожного покрова – несмотря на сильную потерю крови, кожа мужчины казалась покрасневшей, и выглядела сухой и морщинистой.
Даже под воздействием успокоительного тело больного, покрытое испариной, содрогалось от сильнейшего озноба, наблюдалось обильное слюноотделение и слезоточивость. Повысилось артериальное давление, участился пульс. Его словно выворачивало от боли. Мышцы сводило судорогой.
– Что с ним? – удивился один из Псов, парень чуть старше Хока по имени Брайс.
– Похоже на наркотическую ломку, - я снова сверилась с результатами анализов и подытожила,- но в крови наркотика не обнаружено. Это что-то другое.
– Это кровь, - я услышала незнакомый голос и обернулась. В проеме двери стоял пожилой мужчина и тяжело опирался на костыль. Я его узнала – сама собирала его раздробленную кость в ноге. Время восстановление обещало быть долгим, но, к сожалению, у нас не было возможности использовать медэкс для каждого пациента. На корабле находились те, кому он нужнее.