– Посмотрим, как быстро у меня получится тебя в этом разубедить, - сдержанно сообщил Клауд, подходя к скованному по рукам и ногам пеннику. Тот сидел в кресле, напоминавшем место для казни, которое использовали люди еще в до космический период. Варварское изобретение. Однако, оно значительно облегчало работу с подозреваемыми, экономя время и силы.
– Ты не посмеешь, я леор! Ты ничто, мусор под ногами. Грязный Пес!
– Кто помог тебе сбежать, снабдил взрывчаткой и кодами доступа к системе энергообеспечения станции? И, последнее, кто заказал тебе ильзу сент Рей?
– Ты ничего от меня не узнаешь. А твоя девка заслужила смерти. Она должна была умереть, это только мое желание.
– Что произошла в грузовом отсеке? - не обращая внимания на слова майора, Клауд продолжал задавать вопросы. Он сканировал сознание пленника, стараясь проникнуть в его мысли. Глубже, туда, где мерзавец скрывал свои подлые тайны. Такое проделать было нелегко с высокими леорами, имеющими природную защиту от вмешательства в свой разум. Однако ненависть леора к целительнице была настолько велика, что воспоминания о событиях буквально прорывались наружу. Из мыслей убитых пленников Клауд знал, как девушка смогла себя защитить, и его подозрения постепенно перерастали в уверенность.
– Твои подельники не знали заказчика. Но они указали на тебя. Ты встречался с ним, общался несколько раз еще до прибытия на станцию. Что ты должен был сделать? Как получили доступ к взрывчатке? Кто вас покрывает на станции?
Глаза Клауда заволокло тьмой, тело пленника сотрясала дрожь от страха и боли. Он не верил, до последнего не верил, что все кончено. Ему нужно было просто прикончить ильзу. Не похищать, не запугивать, с удовольствием наблюдая за ней. Дурацкое желание поиметь девчонку все погубило. Сука! Она виновата, во всем! Если бы не она… Он бы… Мысль ускользала. В голову приходили навязчивые образы встречи, которая изменила его жизнь и привела к краху. Тот человек, высокий леор, Майлз даже не видел его лица, лишь отпечаток силы, которая коснулась его, заставляя повиноваться. Да, он сомневался, до последнего сомневался, стоит ли браться за это дело, пока тот тип не воздействовал на него. Теперь он это осознал. Принял. Но было поздно. И эта девка… Он не ожидал, что она выпустит когти. Оружие, материализованное из силы – на такое были способны только те, кого давно уже не существует… А их жалкие остатки решили подняться к колен. Как не вовремя.
– Твое задание? – бесстрастно спросил Клауд.
– Внедриться на станцию, выяснить все о заговоре Псов. Найти и уничтожить Манфреда Крафта. Если он мертв – предоставить доказательства.
– Кто тебе помогал? – продолжил Клауд, надавливая на сознание пленника сильнее.
– На станции есть люди, которые знают, что вы затеяли, - выдавил Майлс. Из его глаз и носа хлынула кровь. Клауд понял, что у него мало времени.
– Почему Джети?
– Она… важна… для… него…- через силу выдавил бывший майор, - должна умереть.
В мозгу пленного, словно что-то взорвалось, и он болезненно вскрикнув, обмяк в кресле.
Глава 17
Ночь и одиночество всегда действовали на меня успокаивающе. И теперь, почти переборов себя и физически восстановившись после похищения, я настояла на самостоятельных ночных дежурствах. Псы, приставленные ко мне Клаудом, дежурили за дверью, строго проверяя всех, кто решится посетить медсектор. К счастью, практически никто на станции не знал о моем похищении, и о том, что меня обнаружили голой в обществе троих мужчин. При желании, эту информацию можно было бы использовать против меня. Даже не представляю, сколько бы грязи на меня тогда вылилось.
Мне не хватало Хока. Он давно не заходил, хотя и был с теми, кто пришел мне на помощь. Я так и не смогла его поблагодарить. Из-за собственных проблем почти позабыла о парне, которого начала воспринимать как близкого человека.
Пациентов сегодня было немного, поэтому я вернулась к исследованиям, которыми начала заниматься еще под руководством наставника, и до которых у меня почти за два месяца руки так и не дошли.
Он появился ближе к полуночи с неизменной маской безразличия на лице. Но я заметила, как Клауд окинул меня тяжелым взглядом, и, словно убедившись, что я в порядке, будто снова закрылся. С каких пор у меня стало получаться заглядывать сквозь барьеры, которые он возводил между собой и окружающими? Не знаю. Просто здесь и сейчас я видела перед собой не хмурого отстраненного Пса, а мужчину, немного уставшего и встревоженного.