– Это защитит вас от выстрела в упор. Поспешим.
Псы, повинуясь его команде, обступили мать с ребенком со всех сторон и направились к выходу.
Больше всего на свете Элиф боялась, что ребенок проснется и начнет плакать. Он был сытым и сухим. Однако любой шум мог его потревожить. Женщина послала ребенку успокаивающий импульс, надеясь, что такого легкого вмешательства будет достаточно, чтобы преодолеть расстояние до поджидавшего их транспорта.
Идти пришлось через тоннель, ведущий из резиденции в Дом Совета. Три разных плана отхода, три шанса уйти от преследователей незамеченными. Элиф судорожно вздохнула – Джети покидала здание в составе последней группы, наиболее рискованным способом.
***
Мы покидали стены резиденции ночью, тайком, словно преступники. Несколько раз охранная система сообщала, что рядом с домом посторонние. Они не пытались проникнуть внутрь, однако, само присутствие чужаков так близко добавляло паники.
Я понимала, что без нас Псы смогли бы быстро разделаться с любой угрозой, даже находясь в заведомом меньшинстве. Но присутствие меня и мамы с новорожденным связывало им руки.
Как и говорил Клауд, нам пришлось разделиться. Я понимала, что так будет лучше и безопасность, однако волновалась за маму. Учитывая, кто именно должен был отвечать за ее жизнь. Я лишь хотела верить в то, что Манфред достаточно владеет собой, и его обида не выльется в жажду мести.
Клауд не забыл Хоку предательство и шпионаж, хотя искренне поблагодарил за то, что защищал меня все это время. Парень оставался на Юте, чем, впрочем, он не был сильно опечален. Я подозревала, что как только корабли Псов покинут орбиту планеты, Хок воспользуется запасным планом и будет выполнять приказ верховного леора не попадаясь на глаза бывшим сослуживцам. Какой именно план я не могла даже представить. Но почему-то верила, что Хок для нас не угроза.
– Джети, - у выхода меня остановил эфет.
– Спасибо, что помог, Даэль, - я печально улыбнулась, и порывисто поцеловала эфета в щеку.
– Не так уж я сильно и помог, - ответил мужчина, в глазах которого промелькнуло удовлетворение. – Я со своими людьми прикрою ваш отход. Но в небе вы будете беззащитны.
– Мы справимся, - Клауд совершенно неслышно возник за моей спиной. Смерил эфета неприязненным взглядом, и, взяв меня под руку, повел к тайному выходу. Мама с ребенком с другой группой ушли четверть часа назад. Отчима забрали еще раньше.
– До встречи в Крепости, - произнес эфет.
– Я буду ждать, - улыбнулась я, обрадованная мыслью, что Корр не бросит нас.
Транспорт, рассчитанный на дюжину человек, мягко стартовал с крыши резиденции. Я уловила в темноте вспышки света, когда услышала голос одного из Псов:
– По нам стреляют!
– Дронг, снимай их точечными выстрелами, - распорядился Клауд, - Фрост, следи за небом.
Он пристегнул меня ремнями безопасности, задержав на миг руку на моей щеке. Видимые в прорези маски глаза заполнялись знакомой тьмой, которая совсем не пугала.
Вспышек света стало больше. Скорее всего, эфет и его люди вступили с нападавшими в бой. Транспорт сильно тряхнуло. Я вцепилась в руку Дана, чтобы не упасть со своего места. Никогда не любила летать.
Перед нами завис флип откуда выпустили несколько очередей. Наша броня выдержала, чего нельзя было сказать про флип нападавших, который мы разорвали пополам, протаранив на полном ходу.
А дальше в моей голове смешались шум выстрелов, скрежет металла, ругательства людей. Бешеная скорость передвижения и тряска вызывала легкую дурноту. Я прикрыла глаза и сделала так, как нас учили в магистериуме – постаралась отрешиться от всего. Надеясь лишь на то, что скоро мы достигнем места назначения, и опасность останется позади.
Рядом со мной кто-то вскрикнул, и я тут же вернулась в реальность. Уже немолодой Пес держался за плечо, из которого хлестала кровь. Похоже, его задело осколком взрыва от снаряда, который Псам удалось сбить на подлете к нам. И вмиг исчезли шум выстрелов, дурнота и страх. Я целитель, и у меня есть работа.
***
Он помог Элиф добраться до ее каюты, поставил вещи и неожиданно для себя самого сбросил маску. Его лицо за прошедшие годы сильно изменилось. Исчезла мягкость и доброта. Черты огрубели, во взгляде появилась жесткость.
Какого эффекта он ждал, и сам не мог ответить на этот вопрос. Только не того, что женщина тепло ему улыбнется, пройдет к низкой койке, и осторожно положив малыша, обернется к нему: