Мысль о том, что кого-то все-таки младший брат Франсуа Дюпона убивал, я гнала от себя подальше.
- Дюпон, ты все-таки на редкость тупая... Я родился для того, чтобы убивать этих существ. Знания о них у меня в крови! Первые несколько лет после обращения вампира свои же не выпускают из убежища. Он готов убивать все, что видит перед собой. Не может разговаривать. Никого не узнает. Быть может, с этим вампиром было что-то не так. Он все-таки был колдуном при жизни. Или это был чертовски сильный вампир...
Я представила себе существо, которое описал пес, и меня даже слегка затошнило. Это совершенно не походило на того вампира, которого я видела во сне, чьи чувства переживала. Хотя бы потому, что они — эти чувства — были. И они казались едва ли не более сильными, чем те, что я сама переживала. И принца вампиров, с которым я познакомилась, тоже нельзя было назвать тупым кровожадным чудищем.
Однако кое-что шокировало меня куда больше всего, что я узнала о природе вампиров.
- Но если моя мама хотела стать вампиром... То это означает, что она готова была на несколько лет превратиться в монстра? Кем нужно быть, чтобы добровольно согласиться на такое? - ужаснулась я.
Мама всегда четко знала, чего хочет. Она не могла не понимать, во что обратится.
- Чумой Дюпон, - пожал плечами Кройц без особого удивления. - Мне казалось, ты уже поняла, кем была твоя мать. Но каждый раз ты так забавно удивляешься.
Ему сложно было понять, что же я чувствовала.
- Крис... Это моя мать. Я была слишком маленькой, когда ее не стало... И для меня она долгое время оставалась божеством. Самой доброй, самой прекрасной женщиной на земле. Я не знала, какая она на самом деле. И если бы папа не отправил меня в Новый Орлеан, я бы и не узнала. Каждый раз, когда мне рассказывают о ней... я не могу не ужасаться.
На миг мне показалось, будто во взгляде Кройца мелькнуло сочувствие. Но действительно показалось. Снова стало обидно. Я раскрылась перед ним, а он... Хотя что еще ожидать от... пса?
Он издевательски ухмыльнулся и протянул:
- Так, я уже снова Крис. Стало быть, ты успокоилась?
Я только махнула рукой и снова всучила ему дневник. История предка увлекала все больше и больше. И пусть он писал о происходящем скупо, однако мне казалось, будто я разделяю его боль и отчаяние.
Несколько страниц пес с недовольным ворчанием пропустил. Франсуа Дюпон отличался даже излишней основательностью и продолжал описывать мелкие бытовые проблемы, от которых его никак не мог избавить находящийся в доме новообращенный вампир.
Через полчаса поисков Кройцу удалось найти хоть что-то интересное.
«Родственники что-то подозревают. Рано ли поздно, это должно было произойти, учитывая, какое ремесло нам доступно. Они стали все чаще приходить в наш дом, заглядывают в комнаты... Ищут его. А когда найдут — они уничтожат то существо, что я по слабоволию своему не могу уничтожить сам.
И этот день освободит меня...»
- Слабак, - коротко припечатал моего предка парень. - Все ждет, когда кто-то решит его проблему. Хотя, судя по тому, что он еще мог писать этот дневник, проблема была не такой уж и большой... Этому типу изрядно повезло с вампиром. Просто нереально повезло.
Казалось, что Кройц вообще плохо понимает, что значит испытывать чувства, привязанность, дорожить кем-то... Как для пса все было проще: перед тобой вампир — убей его. Он просто стер ту часть ситуации, где этот вампир был еще и членом семьи, дорогим человеком...
А еще было неприятно, что кто-то запросто поливает грязью моего как бы легендарного предка. Даже если за дело.
- Читай лучше, что дальше, - потребовала я.
- А как ты забавно бесишься, - протянул парень, гадко улыбаясь. - Не нравится, что кто-то сбрасывает с пьедестала Франсуа Дюпона, первого колдуна на этой земле?
Не стоило и надеяться, будто он не поймет причины моего раздражения.
- Ты просто... Как можно вот так запросто издеваться над чужой болью? - беспомощно спросила я. - Крис, разве ты не понимаешь, что каждый день переживал Франсуа? Он смотрел на того, кто был его братом и понимал, что это уже не он...
Пес подцепил меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.