Сама хотела это понять...
– Ну... мы же с ним одной крови... Может... Ну, фамильная память.
Кройц только рассмеялся.
– Ты не его потомок, Дюпон. Подозреваю, что у этого парня вообще не было потомков в человеческом понимании. Если все из-за этой... фамильной памяти, то тебе должен сниться Франсуа Дюпон, а не его младший брат.
Логично. Но Франсуа мне не снился.
– Все началось после того, как я нашла дневник... Может, он... ну, особенный.
Пес покачал головой.
– Дневник — просто дневник. Старье безо всяких чар. Дело не в нем, а в тебе. Я бы мог подумать, будто ты пересмотрела чего-то типа «Дневников вампира»... Но то, что говоришь ты, в целом совпадает с тем, что написано в дневнике. Так что у тебя какая-то странная связь со старейшим вампиром Нового Орлеана.
Связь... И она не может быть простой случайностью. Со времени приезда в Новый Орлеан со мной не происходило ничего случайного. Просто иногда объяснение я получала немного позже.
Несколько минут мы молчали. Каждый думал о своем. А потом Кройц произнес:
– Не дело тебе быть здесь, среди колдунов и призраков. И чертовски плохой знак, что ты получила воспоминания старого вампира, Дюпон.
Я покачала головой.
– Но он не показался мне опасным... Он... Гранд-мастер вовсе не такое чудовище, как ты расписываешь.
Парень тяжело вздохнул и щелкнул меня по лбу.
Больно.
– Дюпон, ты просто побывала в его шкуре. Поэтому думаешь, будто бы он, ну... хороший... Никто не считает себя чудовищем. Почти никто... Но Гранд-мастер — в первую очередь вампир. Он живет, забирая чужую жизнь.
Он был прав... И не прав.
– Но он перестал убивать! Перестал, как только смог! У него были чувства! Он любил брата!
Пес смотрел на меня как на ребенка, сочувствующе и немного насмешливо. По его мнению, все, что я сказала, было глупостью и ничем больше.
Я забралась на постель с ногами и обняла колени, пытаясь спрятаться от этого... сочувствия. Да, все верно, тот безымянный Дюпон действительно был вампиром, действительно убивал... Но как же я могла видеть в нем чудовище, если побывала в его голове? Поняла, как он мыслил, что чувствовал...
- Не дуйся на меня, я пытаюсь... защитить тебя.
Последние слова Кройца прозвучали неуверенно, словно бы он сам в них сомневался.
– Я... благодарна, – вздохнула я, не глядя на него. – И, наверное, ты даже прав... Во всем прав. Ты ведь куда лучше понимаешь в... чудовищах. Но ты не понимаешь в нем. В Гранд-мастере... Давай спать.
Переубеждать меня пес не стал.
– Давай спать. Надеюсь, сегодня ты будешь просто спать, Дюпон. Без всяческих «вампирских» грез.
А я не знала, хочу ли я этого. Даже если это было опасно, но я желала знать, как же все было на самом деле. И не только ту версию, которую поведал в дневнике Франсуа Дюпон, человек, который от большой любви пытал собственного брата.
Делить с кем-то одну комнату и — о ужас! – одну ванную оказалось просто невыносимо. И не только потому, что Кройц нарушал мое личное пространство... Хотя и поэтому тоже. Но просто почему-то так получилось, что мне понадобилась ванная комната именно в тот момент, когда туда отправился парень. Ну не идти же было в другую комнату?..
В итоге я ходила из угла в угол, пытаясь дождаться своей очереди. А пес словно решил утопиться. Чтобы отвлечься, я подошла к окну. На самом деле это стало моей привычкой, с тех пор, как Кройц прописался возле «Белой розы». Пес теперь был рядом, но я все равно подходила к окну.
И на этот раз мне почудилось, словно бы опять кто-то стоит у забора фамильного особняка Дюпонов. На улице было темно, света фонарей не хватало, чтобы разглядеть, кто же оказался рядом с «Розой». Да и темная фигура через несколько секунд словно испарилась, слилась с ночными тенями...
Сделалось не по себе.
Скрипнула дверь ванной комнаты, а я так и вглядывалась в темноту, хотя там уже давно никого не было. Да и не померещилось ли мне попросту? Слишком много мрачных и таинственных историй — и вот он, предсказуемый результат.