— А как же НАТО? — Сержу, похоже, было сильно интересно, какая в Зоне политическая обстановка.
— НАТО! — раздраженно проговорил Виталий и изобразил пальцами кавычки. — НАТО охраняет вторую линию обороны. Опять же, от Зоны подальше, к журналистам ближе.
За разговором мы добрались до домика Затевахина. Водя внутрь, Виталий предложил нам еще чаю. Серж согласился, а я, сославшись на дела, вышел. Мне надо было переговорить с начальником охраны. Причем, наедине. Не зря же сталкер меня звал по секрету от всех.
Я подошел к жилищу капитана. В окне горел свет, но за плотными шторами нельзя было разглядеть, что происходит внутри. Я поднялся на крылечко и постучал. Дверь открылась, на пороге стоял капитан. Он молча отступил в комнату, давая мне возможность пройти. Когда я очутился внутри, Выпь закрыл дверь и подошел ко мне.
Мы обнялись. С капитаном нас связывали очень давние отношения. Когда-то, мы с Охотником вытащили его из очень большой беды, куда капитан попал, выполняя приказ начальства. В том рейде он потерял весь свой отряд. И сам чуть не погиб. Если бы не наше с Охотником своевременное вмешательство, начальником охраны у ученых сейчас был бы кто-нибудь другой. Естественно, что после произошедшего Выпь был у нас в долгу. Тем не менее, это не мешало нам дружить. Еще более естественно, что это не афишировалось: не положено военному сталкеру быть другом бродяги.
Судя по серьезному лицу, капитан позвал меня не на кофе с булочкой. Что-то произошло, что-то такое, что Выпь решил сообщить мне лично, не доверяя сталкерской сети.
— Ты с военными давно пересекался? — без предисловий ошарашил он меня.
— Ну, — я покопался в памяти, — с месяц, а что?
— Нашкодил? — проигнорировал капитан мой вопрос.
— Да нет, — я озадаченно посмотрел на сталкера. — Через блокпост на Кордоне шел, воинам бутылку передал. Все, вроде…
— И больше не встречался?
— Больше нет. — я пожал плечами и решил уточнить: — Во всяком случае, я не в курсе.
Тут, только, я вспомнил. Свалка! Семецкий! Военный вертолет и снайпер! Я поведал эту историю капитану, присовокупив к ней выдержки из рассказа Ганса. Тот выслушал все очень внимательно и с сомнением пожевал губами.
— Понимаешь, Крохаль, — сталкер прошелся по комнате. — Военные тобой сильно заинтересовались. Тобой, и напарником твоим. Сдается мне, что им даже больше. Причем не просто военные, а ребята из АСО.
Меня передернуло. Опять это Агентство! И снова у меня перед мысленным взором возникла сладкая парочка — Серж и Лядащев. О, Зона, он-то, чем дяде Вите не угодил? Даже если я иду пристежным, а не коренным, легче от этого не становится. Угрохают как ненужного свидетеля. Мне уже начинала сильно надоедать вся эта круговерть вокруг моей персоны. Я никогда не страдал манией величия, а сейчас и подавно не нуждаюсь в наплыве фанатов.
— Откуда информация? — я пристально посмотрел на капитана.
— Лейтенанта молодого помнишь? Того, который вас к завхозу провожал?
— Помню, конечно.
— Он оттуда. Прибыл сегодня днем. На двух БТРах. Конспиратор хренов. И сразу двинул ко мне. Очень интересовался тобой. И, вскользь, Сержем. Но, это «вскользь» меня-то и насторожило. Понимаешь, про тебя он расспрашивал, вроде бы, серьезно, но интереса в его глазах особого не было. А про напарника твоего интересовался так, между делом, но вопросы задавал серьезные, и ответы внимательно слушал. Я в полную несознанку, конечно, не пошел, но информации скинул по минимуму. Так что, Крохаль, давай там, повнимательней.
— Спасибо, брат. Я отдам хабаром.
— А иди ты, куда подальше! За то, что вы с Охотником тогда для меня сделали — это меньшее, чем я могу отплатить. В лагере долго не задерживайтесь. В ночь, конечно, никто вас гнать не будет, но, чем раньше отвалите, тем спокойней дойдете.
— Я постараюсь тебя не подставить. Скажи, можно твоим компьютером немного попользоваться?
— Легко! Что хочешь?
— Защиту на ПДА взломать надо.
— Иди, комп включен.
Я подошел к столу и уселся за компьютер. ПДА, лежащий сейчас у меня в кармане, вернее, информация с него, была весьма ценной, поэтому требовалась осторожность при работе с этим устройством. Я подключился к ПДА. На мониторе ожидаемо высветилось требование пароля. Я опробовал несколько известных мне путей обхода защиты, однако все они заканчивались тупиком. Через полчаса я сдался. Стало очевидно, что моих умственных способностей не хватает для того, чтобы называться хакером. Я отошел от стола и поискал глазами капитана. Тот стоял у окна и разглядывал улицу.
— Все, — окликнул я начальника охраны. — Сдаюсь. Своим скудным умом я не в состоянии постичь, как взломать его.
— Оставь, — Выпь повернулся ко мне. — Есть у меня один компьютерный гений. Он попробует. А я тебе потом информацию скину.
— Лады! — я подошел к капитану. — Пойду я.
— Давай, не забудь, что я тебе сказал.
— Я помню, брат. Спасибо!
Мы обнялись, и я вышел из домика сталкера. Пока я добирался до жилища Затевахина, то успел передумать много дум. Как я уже упоминал, навыки, продемонстрированные Сержем, не укладывались у меня в представления об обычном человеке, пусть и служившем где-нибудь в серьезном подразделении. Все, что я видел, говорило о долгих систематических тренировках. Вот еще, например, почему Серж, все-таки вышел на меня? Странно, что один сотрудник (я убедил себя, что Серж — кадровый работник Агентства), случайно натыкается на другого, пусть уже не работающего на АСО. И случается это не где-нибудь, а в Зоне, причем в тот момент, когда я, сам того не ведая, был готов отправиться в рейд, отдавать долги за учителя. Все эти совпадения выглядят очень странно. Я не верю в то, что все произошедшее со мной за последнее время — цепь случайностей. Не бывает таких совпадений, хоть режьте меня тут!
Подойдя к жилищу Затевахина, я сделал два вывода из своих размышлений. Первый — Серж, хоть и скрывает что-то, меня вполне устраивает в качестве напарника. Не знаю, какие у него планы, но, до определенного момента они совпадают с моими. А дальше… Дальше — посмотрим. Главное, не пропустить момент, когда наши взгляды на дальнейшее разойдутся. И второй (скорее, не вывод, а заключение), я дал себе слово, что обязательно выясню у Сержа, что тут происходит.
С такими мыслями я открыл дверь в дом ученого. Картина маслом! Серж и Виталий сидели за столом, склонив голову над листом бумаги. Чашки с недопитым чаем были отставлены в сторону. Господа что-то жарко обсуждали, и даже не обратили бы внимания на открытую дверь, если бы не сквозняк. Спорщики подняли на меня глаза.
— Крохаль, — Затевахин довольно улыбался, как человек, только что получивший подтверждение своей теории. — Как ты вовремя! Мы тут с Сержем одну задумку обсуждаем.
— Это какую? — я присел на стул рядом с ученым. — Надеюсь, не тотальную стерилизацию Зоны ядерными зарядами?
— Не, — заулыбался Серж. — Мы про аномалии.
— Что задумали? Предупреждаю, — я обратился к Виталию, — в аномалию не полезу ни за какие деньги.
— И не надо. — ученый махнул на меня рукой. — Тут вот какая идея. Аномалия, как ты знаешь, производит артефакты после того как полностью разряжается. А разрядиться ее может заставить только материальное тело, попавшее в зону действия указанной аномалии. Так вот, идея такова: закидывать в аномалии различные предметы, и ждать, что получится. Что думаешь?
— Думаю, хренотень получится. — я потянулся, изображая полное безразличие к обсуждаемому предмету. — Ты, Виталий, поговори на эту тему с Болотным Доктором. Сдается мне, он в аномалиях и артефактах разбирается получше нас всех, вместе взятых.
— Пробовали, — ученый враз погрустнел. — Не выходит ничего. Молчит твой Доктор, как пень. И посмеивается над нашими проектами только. Блин! Представляешь, Крохаль, голову на отсечение даю, что у него в доме чертова туча полезной информации, а он сидит на ней, как собака на сене! Козел!
От обычно сдержанного в высказываниях Виталия, такой эпитет был сродни трехэтажной брани. Видимо, не один раз он пытался с Доктором договориться о взаимном сотрудничестве!
— Ты Доктора-то не обижай! — встал я на защиту Айболита. — Он нам еще пригодится. А про аномалии так скажу. Не знаю, в курсе ты или нет, но был в Зоне, по слухам, один алхимик, который пытался пойти тем путем, что сейчас предложил. Говорят, что у него даже что-то получалось. Кончил плохо — в «Трамплин» угодил. Злые языки утверждают, что «Трамплин» тот полностью разрядился, но артефакта не оставил. Не заслужил, видать, алхимик такой чести. Вот так-то. С Зоной, как и с природой, играть нельзя! Это я тебе говорю как сталкер, намотавший не одну сотню километров тут. С Зоной можно только мирно существовать, причем, придерживаясь ее правил. Ибо на каждую вашу, прошу прощенья, нашу безумную выходку она ответит такими неприятностями, что по сравнению с ними то, что происходит сейчас — детский лепет. С Зоной нельзя играть. Ее можно изучать, ее можно разглядывать, но пытаться использовать, сдается мне, нам рановато. Не доросли мы еще до этого. Помнишь, раньше лозунги были: «Мирный атом в каждый дом!». Или, как это?… В Припяти, по моему… На доме висел… Лозунг… А! «Пусть будет атом работником, а не солдатом!». Поторопились тогда. Получили Чернобыль. Людей с насиженных мест стронули. Помнишь, что потом было? Самоселы… Не хотел народ со свой земли уходить. Однако, многие так и не вернулись в родные места. В ту же Припять, например. Ты там хоть про одного возвращенца слышал? Вот то-то. Целый город исчез, только скелет его остался. И с Чернобылем тоже. Потом, самоселы, если помнишь, кому-то помешали, и их, аккурат перед Катастрофой, под стволами вывезли с территории санитарной зоны. А кто не уехал, при взрыве погиб. И вот, получите Зону со всеми ее причудами. Теперь у нас, видимо, другие призывы: «Полезный артефакт в каждый дом»? Плохо кончиться может. Странно, Виталий, что ты этого не понимаешь.