Ленка еще хвасталась, что щенок достался ей за какую-то символическую цену, она не могла отказаться.
Ну и дура, еще раз подумал Олег.
Телефон мигнул экраном и разрядился - не выдержал, видать, морозца, чудо техники, блин. Олег выругался и сунул трубу во внутренний карман, надеясь, что та отогреется и оживет.
И понял, что они с Фенриром опять забрели куда-то не туда.
Ночной лес молчал. Не было слышно ни машин на шоссе, ни голосов, ни даже воя ветра. Только хрустел подмерзший наст под ногами, да скрипели иногда стволы деревьев. Вокруг стояла неприятная, промозглая темень. Олег переминался с ноги на ногу, пытался вспомнить, откуда он пришел, но там, где только что была тропинка, оказывались кусты. Или яма. Или просто просвет между деревьями. Фенрир рядом дышал громко, прыгал и пытался жрать снег, словно не чувствовал, что хозяину страшно.
- Ладно, парень, - сказал Олег неуверенно и приспустил поводок, дал псу воли больше, чем раньше. - Давай-ка домой. Домой! Слышишь, что я сказал?
Фенрирова тень во мраке подняла голову.
Дурной пес вдруг сел и завыл, мелодично, с переливами. Дома он так не делал, выл, но слабо, то ли стеснялся, то ли тренировался перед дебютом. Там, в городской квартире, этот вой раздражал и забавлял одновременно. Здесь, в лесу, посреди черт знает чего, по коже бежали мурашки.
- Домой! - прикрикнул Олег, надеясь, что Фенрир, дурной, но умный пес, поймет, что нужно выйти к людям.
К уютному, пусть и прохладному коттеджу, к другим собакам, к запаху дров в камине и глинтвейна.
Фенрир прекратил выть на какой-то высокой, очень жуткой ноте и, громко чихнув, помчался вперед, быстро, словно поманили миской с кормом или новой крысой. Поводок в руках Олега натянулся, дернулся, потянул его за собой - и вдруг порвался, лопнул, стоило Олегу нажать на ту кнопку, которая должна была запустить рулетку и втянуть поводок. Олег, не выдержав, потерял равновесие и грохнулся прямо в снег коленями, ушибся о какой-то корень, громко охнул и не менее громко выматерился.
Фенрир исчез.
Убежал куда-то во тьму, за темные древесные стволы. Ни крики, ни собственная кличка, ни обещание дать вкусные кроссовки сожрать, ни попытка завыть - ничто не помогло.
Фенрир, дурная собака, сбежал.
Словно не было ни месяцев тренировок, ни домашних игр, в которых Олег не боялся трогать крепкие собачьи зубы рукой и выдирать из них икеевскую крысу, ни идеально сданных нормативов. Ничего. Словно был Фенрир не любимой породистой заразой, а нахальной трусливой дворнягой.
Олег встал, кряхтя и шипя, потому что правое колено, которым он обо что-то в снегу ударился, болело, и попытался разглядеть в густом сумраке обрывок поводка. Порвался материал или карабин лопнул? Какого хрена он отдал столько денег? Выпендриться хотел? Довыпендривался, болван. Стоит теперь посреди леса, один, с больным коленом и без собаки.
Он достал телефон, надеясь, что тот ожил, но нет - крутой смартфон сейчас был чуть бесполезнее подобранного с дороги булыжника. Ни связи тебе, ни фонарика, только лес вокруг и низкое, беззвездное небо над головой.
И тут Олегу стало по-настоящему страшно, как не было страшно никогда в жизни.
***
Колено все еще болело, но меньше.
Олег замерз и чувствовал, что пальцы в ботинках начинают ныть. От приступа страха колотило сильнее, чем от этого холода, но Олег медленно шел вперед, пытаясь разглядеть на снегу отпечатки собственных ног. Получалось с трудом.
Переплетения теней, кусты вереска, ветки и мусор то и дело сбивали с толку. Следы были просто пятнами - такими же, как другие пятна.
Стоять на месте не было смысла. Искать Фенрира - тоже. Прокричавшись, ударив пару раз кулаком по стволу первой попавшейся сосны - до сих пор руку саднило! - Олег решил вернуться в коттедж.
Телефон все еще не согрелся. Олег прятал его во внутреннем кармане куртки, как котенка, и надеялся, что оживет. Чтобы просто позвонить.
Лес вокруг казался бесконечным. Олег старался не думать о том, что он бродит по кругу - как там говорили в деревнях? Что его кто-то водит, мешая найти свою тропу. Во всякую чертовщину Олег не верил: замерзнуть в зимнем лесу и без нее можно.
Поваленные набок деревья с торчащими во все стороны корнями были просто деревьями. Олег шел мимо них, ежась от холода, и очень надеялся, что выйдет хотя бы куда-то.
Сначала ему показалось, что он увидел впереди оранжевый отблеск. Мало ли, что почудится, когда в голове сплошной холод и сосны рядками. Но отблеск не исчез, он мелькал где-то впереди, между соснами и кустами, словно там был дом.